Мечников. Том 2. Клятва лекаря

Линия прошла от соска по дуге в сторону четвёртого и пятого ребра. Рассекать слои грудной клетки, как и в любой операции, необходимо послойно. Сначала кожа, затем фасция — оболочка, в которой находятся мышцы, и уже после — сами мышцы.

Кровоточила операционная рана сильно, но не критично.

— Много крови, Алексей Александрович, — испугался Кораблёв. — Он умрёт ещё до начала осуществления вашего плана!

— Успокойтесь, Иван Сергеевич, это — капиллярная кровь. Артерии мы не задели. Много он не потеряет, — объяснил я.

Но самое сложное впереди. Следующим этапом я сделал надрез межрёберной мышцы. Здесь нужно было вести скальпель крайне аккуратно — по верхнему краю нижележащего ребра. Если сделать наоборот — есть высокий риск пересечь межрёберную артерию и нерв.

Передо мной обнажилась плевра — мешок, в котором находится лёгкое. А вот теперь — самый опасный и неправильный момент этой операции. Почему он неправильный? Да потому что оперируемое лёгкое нужно отключить от дыхательной системы. Иначе…

Стоп. А ведь мне не нужна лекарская магия, чтобы это сделать! Точно… Остановка дыхания — это урон, как собственно, и любая операция. Вынужденный урон организму.

Значит, я могу попробовать отключить дыхание в поражённом лёгком с помощью обратного витка.

Я аккуратно положил пальцы левой руки на плевру и заставил магию изменить работу дыхательной системы.

— Перестал… — в ужасе просипел Иван Сергеевич. — Лаврентий дышать перестал… Дыхание остановилось, господин Мечников!

— Не остановилось, — перебил его я. — Не суетитесь. Я лишь отключил его правое лёгкое. Мы вернём работоспособность позже.

— А что, одного лёгкого ему хватит? Вы это хотите сказать? — не поверил мне главный лекарь.

— Человек может прекрасно существовать и с одним лёгким. Причём есть риск, что после операции он только с левым и останется, — признался я. — Будет иногда страдать от одышки, зато будет жить!

И сказав это, я уверенно сделал надрез плевры, обнажив орган, к которому мы всё это время шли — правое лёгкое. Как только это случилось, я сразу же увидел очертания опухоли. Но рана была слишком маленькой. Оперировать через такую узкую щель невозможно.

В таких ситуациях хирурги используют специальные инструменты — расширители. Их заводят в края раны, а затем раздвигают ткань, обеспечивая таким образом себе прекрасный доступ.

Но расширителей здесь нет. Хоть эти инструменты и изобрели чуть ли не в древности, этот мир полностью проигнорировал развитие хирургии. Всё решалось лекарской магией. Если бы знал заранее, что мне придётся столкнуться с таким пациентом, я бы сам создал такой инструмент. Но теперь придётся решать проблему другим способом.

— Так вы ничего не увидите, — помотал головой Кораблёв.