Мечников. Том 2. Клятва лекаря

— Посмотрите на меня внимательнее, господин Мечников, — Рокотов искоса взглянул на меня. — Вы считаете, что я там ещё не был?

И с этим аргументом не поспорить. Рокотов выглядит измождённым, старым не по годам. Видимо, он уже отмотал свой срок. Вышел и вновь взялся за преступную деятельность.

— Но в отличие от других душегубов, я сохранил понятие дворянской чести, — сказал он. — Не думайте, что семью свою я хладнокровно изничтожил посреди ночи. Я вызвал своего отца и братьев на поединок. Всех разом. Рискнул своей жизнью, но одолел каждого из них. Думаете, я об этом жалею? Нет уж, это вряд ли.

Единственное, чего я не понимал — зачем Леонид Рокотов решил отдаться откровениям передо мной? Чего он добивался этим монологом? Хотел показать, что мы с ним похожи? Нет, это не так. Да даже мой дядя — должник и наркоман — не успел совершить столько преступлений, сколько совершил Леонид.

— Я лишь хочу, чтобы вы меня уважали, Алексей Александрович, — ответил на созревший в моей голове вопрос он. — Скоро я возьму в руки весь Хопёрск. Получу титул, официально. Портить отношения с лекарями мне совсем не хочется. Ведь вы сохраняете самый важный ресурс — людей!

— Да вы, как я погляжу, всё просчитали, — подметил я. — Только не учли, что против вас может выйти граф. Мансуровы глубоко обижены на всех. И на меня, и на барона Елина, и на вас, если учесть, что ваши люди успели поколотить Владимира Мансурова.

— Пусть попробуют, — усмехнулся Рокотов. — Хопёрск дал мне новую жизнь. Арсений Кособоков несколько лет сдерживал меня, но теперь всё будет иначе. Я заполучу власть над этим баронством и стану продвигаться дальше. Я не прошу вашей верности. Но в то же время хочу, чтобы вы мне не смели мешать.

Так вот оно что… Рокотов уважает меня не только потому, что я его не боюсь.

Он сам меня боится. Опасается после того, что случилось с Кособоковым. Видит во мне угрозу и пользу одновременно. Не знает, что из этих двух начал сильнее.

Паршивое осознание. Оно лишь говорит о том, что в скором времени случится очередное столкновение. И все стороны будут ждать, что я приму в нём участие.

— В целом… Я всё сказал, — заключил Рокотов. — Желаю вам хорошей дороги, господин Мечников. И помните — я на вашей стороне. На стороне лекарей.

— До встречи, господин Рокотов, — сухо ответил я и покинул дом местного авторитета.

На выходе из Садов меня нагнал один из заключённых.

— Алексей Александрович, стойте! — тяжело дыша, пыхтел пожилой мужчина. — У меня для вас кое-что есть!

А ведь это один из тех, кого я сегодня излечил от туберкулёза!

— Вы куда выскочили⁈ — воскликнул я. — Я же просил — оставаться дома. Греться, пить отвар из порошка!

— Вы уж простите меня, но не мог я оставить вас без подарочка. Вот, возьмите, — он протянул мне корзинку с кучей сушёных яблок.