Нам не узнать друг друга сразу

Упорные. Настойчивые. Говорить с ней, простить ей, что пренебрегла моим решением и неимоверно унизила Ольгу, не мог. А осознание того, что и сам вел себя по отношению к ней не лучше, погружало в состояние тоскливого отчаяния. Как же я хотел найти ее, как стремился к ней, как мечтал хотя бы увидеть ее!.. Но мог довольствоваться лишь тем, что чувствовал – она жива.

Искать неизвестно кого на просторах конфедерации – это даже не невозможно, это абсурдно. Но я искал. Настойчиво. Неумолимо. Неуклонно. Все, чем я располагал, это три незыблемых факта о ее внешнем виде: пол неизменен, радужка глаз неизменна, рост неизменен.

Все! Ухватившись за это, разбирался – в каком виде деятельности не фиксируются все эти критерии? После огромной аналитической проработки структуры конфедерации выяснил: в армии. Когда пришел к этой мысли, очень испугался. Подобная возможность для землянки была наихудшим вариантом. А при мысли о том, что именно я подтолкнул Олю к такому решению, хотелось проломить ближайшую стену. Сейчас, помимо поисков кораблей с Измененным экипажем и мест их возможного размещения, космическая армия конфедерации сдерживала давление обитателей приграничных космических территорий.

Представить Ольгу задействованной на любом из этих направлений военных действий конфедерации было жутко. Поэтому я, ради ускорения поисков, решился на крайние меры.

– Рыжуха, прыгай сразу за мной! – Почти неслышный, но при этом необычайно отчетливый шепот Ревуна.

Уже привычно и как-то по-дружески тепло было ощущать его плечо рядом. Знать, что, случись что – он прикроет.

– Прыгай, чтоб тебя… – Шепот приобрел характер гневного окрика.

– Нет, – безмолвно, но решительно мотнула ему головой. Вот как объяснить, что сейчас чувствовала, просто знала, что прыгать нельзя? Там опасно! Почему – не знаю, но шестое чувство буквально душит, требуя двигаться вперед по верхам.

Резкий, привлекающий внимание, но не сильный толчок в носок ботинка. Это айкар, расположившийся следом за мной, также максимально вжавшийся в скалу за спиной в этом подземном тоннеле на неимоверно узкой тропе под самым потолком, ткнул в меня концом огневого автомата.

Немного повернув голову и скосив глаза, ловлю его вопросительный взгляд. Он тоже кивком подбородка беззвучно указывает вниз. Я снова легонько качаю головой и тут же читаю вопрос по медленно и отчетливо приоткрывающимся губам:

Опять беззвучно качаю головой: «Нет». Сам прыжок действительно не беспокоит. Идти тут по скользкой узкой тропе (она шириной с мою ступню) в темноте над пропастью гораздо страшнее. Но твердо уверена – идти надо именно так.