Наркомафия

В ответ брякнула цепочка соседней двери, и густой уверенный голос произнес:

– Если вы к Григорию, то он в больнице.

В узком дверном проеме, который пересекала солидная цепочка, мелькнул генеральский погон. Гуров встал так, чтобы хозяин мог его видеть, и мягко сказал:

– Добрый вечер, товарищ генерал-лейтенант, – и протянул в щель удостоверение, полученное от Орлова. – Давно увезли Байкова, куда и что с ним случилось?

Генерал долго не отвечал, сопел, видимо, изучал удостоверение, затем документ вернул и неохотно ответил:

– Опоздал ты, полковник, этого прохвоста давно надо было сажать.

За дверью раздались легкие шаги, шепот, затем дверь прикрыли и тут же распахнули. Генерал сверкал золотыми погонами в глубине квартиры, а на пороге стояла пожилая, очень стройная, со вкусом одетая женщина.

– Здравствуйте, господа, и проходите.

Сыщики оценили качество паркета, сняли ботинки, надели лежавшие у вешалки тапочки.

– Меня зовут необычно – Мария Ивановна. На моего генералиссимуса внимания не обращайте. Случай тяжелый и безнадежный. – Она махнула тонкой рукой.

– Маша! – подал голос хозяин, но в прихожую не вышел.

– Миша, по коням и поставь чайник. Мы будем в гостиной.

И дом, и планировка квартиры, и мебель были пятидесятых годов – все солидно, крепко, основательно, очень чисто. Хозяйка улыбнулась Крячко, разрешила Гурову поцеловать ей руку, пригласила в столовую, в центре которой располагался овальный стол, охраняемый полдюжиной стульев с высокими резными спинками.

– В этом году справляли золотую свадьбу. Я терплю этого бандита-большевика всю жизнь. – Голос женщины звучал тепло. – Он приличный, а по сегодняшним меркам – порядочный человек.

Коллеги переглянулись, понимая, что женщина одинока, ей необходимо выговориться, если хочется что-то узнать, необходимо терпеть.

Мария Ивановна выставила на стол сервиз из прекрасного фарфора, прокомментировав:

– Михаил в Германии украл.

Генерал сменил китель на домашнюю куртку и беззлобно ответил:

– Каждую чашку кровью обмыл, Машенька, причем своей лично, народной не прикрываюсь.

– Молчи, старый. – Супруги пикировались, поглядывая друг на друга ласково.

Хозяйка разлила жидковатый чай, указала на вазочку с сушками, неожиданно звонко рассмеялась.

– Конечно, мы в жизни за разными столами сиживали, но такой натюрморт наблюдали частенько. Так вас, молодые люди, интересует наш сосед – Григорий Байков?

– Мария Ивановна, простите ради бога, это крайне неприлично, я понимаю, но вы женщина благородная, – с этими словами Гуров извлек из кейса бутылку виски и коробку шоколадных конфет.

Хозяйка свела красиво очерченные брови, пожала плечами, вздохнула:

– Что ж, люди как люди – слабые, – и поставила на стол хрустальные рюмки.