Не прощаюсь

На четырех колесиках Эраст Петрович катился довольно резво, достигнув в своем инвалидном лихачестве изрядного мастерства, однако в артели, по коридорам и лестнице ковылял по-черепашьи, так что на увертюру опоздал.

Из приемной слышался громкий голос Воли.

– …Отвечай! Кому из них ты проболталась? Топору? Жохову? Спартаку? Которому? Ну что ты изображаешь оскорбленную невинность? Кроме тебя никто подслушать не мог. А теперь убиты два человека. Их кровь на тебе! Что ты молчишь?! Как ты могла?!

Фандорин открыл дверь.

Артельщик нависал над своей помощницей, тряс кулаком перед ее носом. Рысь стояла перед ним бледная, закусив нижнюю губу, глядела снизу вверх мокрыми глазами. Яростно вытерла слезу.

– Это ты! – закричала и она. – Как можешь ты? Мне! Такое! – Захлебнулась. – Ничего я не подслушивала! Эх, ты…

Воля схватил ее за тонкие плечи, развернул обратно.

– Чудес не бывает. Мы с Фандориным говорили один на один. Стояли близко от двери. Допустим, ты нарочно не подслушивала, но ты не могла не слышать. Был назван адрес. И убийца явился туда раньше нас. Как ты это объяснишь?

– Ничего я тебе объяснять не буду… Думай что хочешь.

Девушка упрямо опустила голову. Ее подбородок дрожал.

Эраст Петрович решил, что пора вмешаться.

– Сударыня, – сказал он, приблизившись. – Вы хотите сказать, что вас здесь не было?

– Куда же ты выходила? – спросил Воля. Он тяжело дышал.

– Никуда я не выходила, – буркнула Рысь. – Ничего я тебе объяснять не буду.

Не была в приемной, но никуда не выходила? Фандорин посмотрел вокруг.

Он показал на приоткрытую дверь кладовки, где находились полки с папками.

– Но если кто-то вошел в приемную, вы не могли этого не знать. Скрипнула бы дверь, послышались бы шаги. Был кто-нибудь?

Снова кивнула. Плечи затряслись.

– Ты видела, кто это? – закричал Воля.

– Трудно поверить, сударыня, что вы не выглянули посмотреть, кто пришел, – мягко сказал Фандорин. – Это на вас не похоже.

– Я на стуле стояла. Список личного состава доставала с верхней полки. Этот, – Рысь враждебно ткнула пальцем на артельщика, – велел проверить и доложить убыль-прибыль. Но я его окликнула, и он ответил.

– Кого окликнули? Вошедшего?

– Да. Эй, говорю, кто там. Погоди минуту, сейчас выйду. А он мне: не торопись, сестренка. Пожду.

– Кто это был?! – взвился Воля. – Ты поняла по голосу?!

Девушка не удостоила его ответом.

– Кто это был? – повторил вопрос Эраст Петрович, и ему она сказала:

– У него голос – не спутаешь. Сиплый. Он и назвался. «Я это, Жохов». Но не дождался. Я когда вернулась, его уже не было…

Фандорин и Воля молча переглянулись.

– Как ты мог, как ты мог про меня такое подумать? – горько обратилась к артельщику Рысь. – Что я подслушала и кому-то наболтала? Это я-то?

– А что я должен был подумать? – промямлил Воля.