Невыживший

 – Понятно: работа важнее всего.

Самсонов не стал оправдываться.

– Я думал, ты уехала за границу, – сказал он.

– Не было никакого отпуска, – ответила Наталья после короткой паузы. – Я соврала.

Самсонов помолчал. Он не знал, что чувствовал. Ему действительно нужно было разобраться в себе и все обдумать.

– До скорого, – сказал он.

– Пока, – отозвалась Наталья. – Позвони, я буду ждать.

Самсонов отключился. Сейчас он не имел права отвлекаться от дела: на кону стояла человеческая жизнь. Кроме того, он чувствовал, что не знает, что делать со своей личной жизнью, а обдумывать подобные вещи «на ходу» было не в его правилах.

Самсонов постарался сосредоточиться на работе. Надо было выяснить, какие есть в округе мастерские по изготовлению конской упряжи и конюшни, где делают кнуты. Через некоторое время перед ним лежал список из четырех адресов.

В первом месте ему сказали, что у них есть кнуты из конского волоса, но они не продаются. Это была конюшня одного конного клуба. Самсонов попросил узнать, все ли кнуты на месте, и ему пришлось ждать минут десять, пока собеседник сходил куда-то и вернулся. Оказалось, что все кнуты висят там, где должны.

Во втором месте старшему лейтенанту ответили, что делают кнуты, но только из синтетики, и порекомендовали мастерскую, где точно изготавливают то, что полицейскому нужно. Там Самсонов узнал, что за последнее время было продано по меньшей мере десять кнутов, но кому – неизвестно, потому что, конечно, никто не записывает фамилии покупателей. Только про двоих там могли рассказать, потому что их хорошо знают как постоянных клиентов. Один – тренер по конному спорту, другой – владелец фермы в семидесяти километрах под Питером. Некие Панфилов Лев Игоревич и Брик Андрей Леонидович. Ничего не говорящие полицейскому имена и фамилии, если не считать того, что «Брик» напомнила о Маяковском.

В последнем, четвертом месте Самсонову ответили, что кнутов у них на конюшне полно, однако они либо синтетические, либо из кожаных ремней.

Наверняка были и другие места, где имелись кнуты, но о них полицейский нигде не смог найти информацию.

Получалось, что заняться надо либо первой конюшней, либо мастерской и теми двоими, которые приобрели кнуты. Тренером и фермером. Время, когда они совершили покупки, вполне подходило под картину преступления.

Самсонов решал, с чего начать, когда у него зазвонил телефон. Номер был незнакомый.

– Это Александр Меркальский, – сказал звонивший, когда Самсонов взял трубку. – Помните меня?

– Да, конечно. Вы сын… пострадавшего.

– Я хотел узнать, есть ли новости?

– По поводу чего? – не понял Самсонов.

– Убийства моего отца, – в свою очередь удивился Меркальский.

– Боюсь, произошло недопонимание.