Ночь поцелуев

— Наверное, вам все-таки лучше подыскать в качестве жениха какого-нибудь другого синеглазого франта, — посоветовал Гейбриел и направился к покрытой вьюном стене. — Судя по вашему рассказу, Эффи действительно крайне нуждается в поддержке Хатауэя; в ином случае бедняжке придется всю жизнь вязать чепчики для чужих детей.

— Но Данте вовсе не франт! — обиделась за джентльмена Кейт и подошла, чтобы помочь. — Он благородный и глубоко порядочный человек.

— Возможно, — скучающим тоном согласился принц. — Но что, если Эффи нужен тот, кто способен воткнуть в Бекхема не вилку, а шпагу?

— Положение мисс Старк вряд ли изменится, если обидчика вызовут на дуэль.

Главное, чтобы он честно рассказал, как все случилось на самом деле, и повинился во лжи. Хочу попросить помощи у Генри. Думаю, она справится.

— Леди Роут, несомненно, грозный рыцарь, но что же конкретно она сможет предпринять в данной ситуации?

— Не знаю, — искренне призналась Кейт. — Смотрите, эти кирпичи вполне могут оказаться остатками портика. Скорее всего калитка во двор замка все-таки существует — только в этом случае можно объяснить, откуда они взялись.

— Мы внимательно осматривали стену с внутренней стороны, — ответил Гейбриел, срывая плотные плети вьющихся растений. Стебли и листья живописно укрыли голову и легли на плечи. — Никаких дверей там нет.

— Вы сейчас похожи на сатира, — рассмеялась Кейт.

— Где же мой кубок и танцовщицы? — грозно прорычал Гейбриел.

— Осторожнее! — отозвалась Кейт и шагнула в сторону. — Не то наступлю на хвост!

— Откуда вам известно, как выглядит сатир? Вы же сказали, что плохо образованны.

— Но читать-то я умею, — обиделась Кейт. — У отца в шкафу стоял пантеон Бойса, и я проштудировала его от корки до корки.

 — Она хитро взглянула на него и не удержалась, все-таки сказала: — В его библиотеке было немало интересных книг, в том числе и Аретино.

В этот момент Гейбриел стоял согнувшись и вытряхивал из волос листья, но, услышав последнюю фразу, резко выпрямился и посмотрел на Кейт так, что ей стало жарко.

— Хотите окончательно свести меня с ума? — пробормотал он и с грацией хищника направился к ней.

— Я… я… — пробормотала Кейт, отступая.

Долгий поцелуй оказался таким, каким описывал его Гейбриел: похожим на охваченный огнем дом, на комнату, где нет воздуха.

Кейт растаяла в объятиях, поддалась магии губ и утратила способность думать.

Вместо мыслей в мозгу проносились картинки из книги Аретино: прекрасные мужские тела — мускулистые, с гладкой, как атлас, кожей. Вот только лицо у всех было одно: лицо Гейбриела.

А тем временем его ладони спускались все ниже и ниже, куда им вовсе не следовало проникать.

Но и целовать тоже не следовало. Он дал слово!

— Вы обещали. — Кейт с усилием отстранилась.