Ночь поцелуев

Шире, чем у деревенского кузнеца, шире, чем…

Кейт в жизни не встречала подобной грубости, в том числе и от кузнеца, который нередко оказывался пьяным, а потому имел убедительное оправдание.

Элджи тем временем сообразил, что произошло, и принялся командовать возницей.

— Принц не виноват в том, что наши лошади испугались неожиданной встречи. Быстрее выезжай на дорогу и продолжай путь!

— Цезарь! — позвала Кейт. Песик прилежно облаивал пристяжную, которой ничего не стоило убить его одним движением копыта. — Иди сюда!

Лорд Димсдейл подал знак лакею, однако Кейт тут же его остановила:

— Не надо.

Цезарь должен научиться слушаться. — Она достала мешочек с сыром.

Фредди и Коко прижались к юбке, как жадные поросята. Кейт дала каждому по кусочку сыра, а вдобавок еще и погладила. Цезарь наконец-то понял, что упускает возможность подкрепиться.

— Иди сюда! — повторила Кейт.

Пес немедленно вернулся, и она протянула лакомство.

— Вот еще забота, — недовольно проворчал Элджи.

— Да, — согласилась Кейт и вздохнула.

— Но с вами они ведут себя намного спокойнее. Виктория слишком мягкосердечна.

Подумать только, что случилось с ее губой!

Как только путешественники снова сели в карету, лорд Димсдейл благоговейно сообщил:

— Это был мой дядя, принц.

— Выглядит очень внушительно, — согласилась Кейт.

— Можете представить, что бы случилось, узнай его высочество о происхождении Виктории? — Мысль привела Алджернона в ужас.

— Интересно, какой окажется его собственная невеста?

Кейт вспомнила темный силуэт на фоне солнца. Этот необыкновенный человек мог жениться исключительно на сияющей драгоценностями принцессе из какой-нибудь далекой сказочной страны.

— У русских женщин темные волосы, — сообщил Элджи, стараясь сделать вид, что понимает, о чем говорит. — Конечно, можно было бы вас представить, но я подумал, что будет лучше, если принц не обратит на вас внимания, до тех пор пока… — Он неопределенно махнул рукой. — Ну, вы понимаете. Пока вы не изменитесь.

До этой минуты спутника ни капли не смущало то обстоятельство, что Кейт заметно уступала Виктории в красоте.

— Простите, — извинилась она.

— За что? — не понял Элджи.

— За то, что меня не так приятно показывать влиятельному родственнику, как вашу невесту. Принц наверняка сумел бы оценить ее красоту и очарование.

Лорд Димсдейл был слишком молод, чтобы притворяться, а потому признался:

— Конечно, очень жаль, что Виктории здесь нет. Но с другой стороны, так даже лучше. Вдруг она увидела бы принца и решила… — Он грустно умолк.

— Виктория в вас души не чает, — заверила Кейт, очень гордая тем обстоятельством, что сумела сдержаться и не добавить: «глупышка».