Ночь поцелуев

 — Меня вы никогда не застанете спящей возле чьих-то ног.

— Должен заметить, что считал вас отчаянно влюбленной в моего племянника.

— Так и есть, — заверила Кейт и тут же почувствовала в собственных словах фальшь.

— Ха! — отозвался принц. — Не рискнул бы выселить беднягу Димсдейла в сад в надежде на то, что его присутствие удержит вас от побега.

Смеющийся, похожий на обычного человека принц выглядел невероятно обаятельным.

— Элджи ни за что на свете не позволил бы выгнать себя на пастбище, — парировала Кейт, пытаясь оказать достойный отпор.

Однако его высочество продолжил наступление.

— Тулуз сказал, что вы серьезно болели. Что же случилось?

Кейт на миг растерялась, но тут же вспомнила очаровательное пухлое личико Виктории и представила свои худые щеки, резко очерченные скулы, торчащие ключицы. Контраст разительный!

— О, ничего серьезного, — отмахнулась она.

— Если не считать схватки со смертью?

— Не может быть, чтобы я выглядела настолько плохо! — искренне обиделась Кейт.

Принц приподнял ее лицо за подбородок и внимательно всмотрелся.

— Тени под глазами, бледность, худоба. Вид усталый, истощенный.

Мисс Долтри прищурилась.

— Вы чрезвычайно невежливы, особенно для королевской особы. Принято считать, что людей вашего круга учат при любых обстоятельствах сохранять дипломатическую учтивость.

Его высочество пожал плечами.

— Во всем виновата ваша красота. Она рождает в душе редкостное стремление к правде.

— Что ж, великолепно! Значит, нарушаете законы вежливости исключительно для того, чтобы сообщить, что я никуда не гожусь?

На ее губы решительно лег палец, и Кейт покорно замолчала, словно впервые увидела того, кто стоял рядом: беспокойная энергия и горячая чувственность воплотились в огненном взгляде, широких плечах, волевом повороте головы, упрямом подбородке.

— Вы, мисс Долтри, говорите ерунду и отлично это понимаете. Можно лишь гадать, что бы вы собой представляли, если бы были чуть полнее, но и сейчас выглядите восхитительно.

Палец исчез, и Кейт почувствовала, что улыбается, как ребенок, чей каприз только что удовлетворили конфетой. Принц тоже остался доволен — прислонился спиной к клетке с таким видом, словно удачно решил очередную житейскую проблему.

— Что вы делаете здесь, в темноте, рядом с животными? — спросила она. — Неужели не желаете вернуться в дом, где светло, а все вокруг старательно лебезят и подхалимничают? Жизнь ведь так коротка.

Тяжелое молчание позволило осознать невероятную грубость замечания. Наконец последовал очень спокойный, медленный ответ:

— Вообще-то вышел проверить, продолжает ли лев извергать куски соленой собаки. К тому же, как подсказывает опыт, англичане в принципе не способны лебезить и подхалимничать.