Обратный отсчет

— Пффф… — У Валеры даже слов не нашлось на достойную реакцию. — Ну ты… Уфф…

— Тебе надо бегать, профессор, — Петрушин посмотрел на меня с глубоким сочувствием. — Целыми днями сидишь и башкой работаешь. Кровь не циркулирует — оно и немудрено, такую ахинею несешь. Этак недолго и инвалидом заделаться…

— Вот это страсти, так страсти, — Лиза внимательно оглядела Ростовского с ног до головы. — Бразильские сериалы отдыхают. Но хочу заметить: у этой Сенковской губа не дура…

Валера Ростовский. Ввод в должность…

Разделить трапезу меня не пригласили. А зря — это было бы кстати.

Аппетит у меня всегда отменный, а сегодня отменный дважды. Встал в черт-те какую несусветную рань (к семи — на анализы), выехал из дома натощак, у Кости перехватил пару бутербродов…

По выходу из апартаментов меня сразу взял в оборот товарищ из местной СБ (службы безопасности). Товарищ сидел на диване, лениво барабанил толстыми крепенькими пальцами по кожаной папке и смотрел на восток. Сказал бы «смотрел в окно», но собственно окон тут не было — просто застекленная сфера, а в сторонах света я малость разбираюсь. У меня в свое время в молодости работа была такая: перепутаешь сторону света — можешь запросто не дожить до конца дня.

Увидев меня, товарищ сказал «Ага!», неспешно встал, потянулся и сразу стал похож на ленивого турка. Такой: небольшого роста, коренастый, хваткий на вид, но какой-то весь округлый — спортзал посещает, но нерегулярно. Феску, шелковый халат, кальян — и натуральный турок. Бывал я в Турции, не по делам, а просто отдыхал, причем совсем недавно, поэтому и сравниваю.

Сходство дополняли черные как смоль волосы, тщательно стриженные густые усы и выразительные глаза с антрацитовой черноты зрачками.

— Николай Семенович, служба безопасности, — «турок» коротко и энергично произвел рукопожатие, тут же вежливо взял меня под локоток и повлек к лифту. — Я введу вас в должность. Пройдемте в наш офис, надо соблюсти кое-какие формальности…

По дороге в офис СБ Николай этак ненавязчиво задал мне ряд вопросов сугубо биографического свойства (похоже, ответы он уже знал, просто решил перепроверить информацию) и по своей инициативе удовлетворил мое невысказанное любопытство.

— Славянин до седьмого колена, хохол.

— Да я ничего такого и не…

— А это и не надо, и так понятно. У нас таких много. Чернявые да мясистые. Потому что в свое время турки там баловались.

— Да вы не думайте, я этим не страдаю. Главное — чтобы человек хороший был.

— А вот это правильно. Это я одобряю…

Опасный тип. Насчет правильно расшифровать взгляд собеседника я тоже кое-что умею. Но сам-то, как мне думается, вполне профессионально могу прятать свои подлинные чувства и мимолетные состояния.