Огненная кровь. Том 2

Но сегодня Цинта видел лица его родственников и понял, что этих врагов ему не одолеть одной только бариттой, и что это безрассудство в итоге его погубит.

— Ты в своём уме? Видел бы ты сегодня её взгляд, Цинта! Сказать, что я её люблю? После того, что она видела? Да она просто выставит меня за дверь с таким предложением! С утра на колено перед Хейдой, а к обеду на колено перед ней? Что она подумает обо мне? Что я подонок и мерзавец! — он усмехнулся горько.

— Подумаешь подонок! Что-то раньше тебя такие пустяки не смущали, мой князь! — произнёс Цинта с издёвкой.

 — Тебя гнали в дверь, ты заходил в окно, а когда били по морде, то ты в ответ читал сонеты. Что теперь-то с тобой случилось?

— Я не могу поступать с ней так, Цинта, — ответил Альберт негромко.

— Как подонок и мерзавец.

— Владычица степей! Значит, письма её читать, как подонок, ты можешь! Просить у Книги расстроить её помолвку, как подонок, ты тоже можешь! И ходить за невестой своего брата по пятам, вгоняя её в краску, как распоследний мерзавец тоже! И даже Хейду обнимать ты можешь совсем как подонок и мерзавец, чтобы насолить леди Иррис! — Цинта упёрся в князя взглядом полным осуждения.

 — Шляться по борделям можешь! И пить беспробудно! Ты вспомни, как ты дом купца в Фессе чуть не спалил! Как ты побил Драгояра на балу! И всё это ты можешь делать ради неё не как подонок и мерзавец? А сказать ей, что любишь её, да так, чтобы она поверила, ты не можешь? Да что с тобой такое, Альберт?!

Альберт смотрел на него и молчал некоторое время, а потом ответил тихо:

— Она не испытывает таких же чувств.

Они не нужны ей, понимаешь? Она просила меня разорвать связь, и она хочет уехать куда-то в Обитель Тары в Шерб или Мадверу, в какую-то дыру, лишь бы подальше отсюда. Если бы я нужен ей был хоть немного, разве всё было бы так? Разве она не попыталась хотя бы поговорить со мной? Какой смысл в моих признаниях? И даже если я признаюсь, она мне не поверит, после всей этой истории с Хейдой. Знаешь ли ты, что для меня быть убитым не так страшно, как слышать её «нет»? Так что у меня теперь только один выход — играть придётся до конца.

— Доиграешься ты, мой князь! — вздохнул Цинта. — Ох, доиграешься! Чую я недоброе. А чутьё никогда меня не подводило. Жди теперь яда от Милены или клинка в бок от её братца, или ещё чего похуже!

— Не каркай ты своим чутьём, — отмахнулся Альберт и добавил, усмехнувшись, — а вот насчёт кольца, ты, пожалуй, прав. В этой игре оно мне понадобится.

— Владычица степей! И это всё, что ты услышал из моих увещеваний? — обречённо пробормотал Цинта.