Невеста для Зверя

За руку, что пожимал, назад на завод и затащил. Собой прикрыл, блять.

– Порядок, - Халид своего помощника отгоняет. Зубы сцепил, рану осматривая. У него всё тело шрамами покрыто. Каждый как напоминание о попытках убить. Халид не меньше Цербера в этих разборках страдал. – Пуля навылет прошла, херня.

– Уверен?

– Ты меня не учи, qardaş [1]. Я по-больше тебя в этом дерьме варюсь. Раной больше – мне роли не играет. А тебя, чистюлю, нечего марать.

– Sikdir [2], - беззлобно бросаю, родной язык матери вспоминая. Столько лет не говорил на нём, что чужим кажется. Как, впрочем, и собственное имя.

– Тебя хрен завалишь.

– Должность обязывает живучим быть, - взгляд твердеет, жестче становится. Как у его отца. Разговоры дружеские закончились, теперь только о деле. – Отводи пацанов обратно к нам, помрут все без толку.

Странно от Халида слышать, что за других переживает. Только это скорее перераспределение ресурсов, чтобы по-другому налётчиков убрать. Халид слишком на Цербера стал похож, суровый и безжалостный. Всегда таким был, с самого детства, только с каждым годом твердеет.

Князь остальных к нам возвращает. Крепче ствол обхватываю.

На мне ни бронежилета, как на налётчиках, ни достойного запаса оружия. Не к этому сегодня готовился.

– Сука, вторую ночь подряд, - Царь отстреливает, кода враги подбиратся ко входу. – Это прекращать нужно.

– Мне больше интересно, откуда он столько бойцов набрал. Не Цербера, раз так шмаляют легко.

– Не его ребята, - Халид согласно кивает. – Я всех знаю, лично отбор провожу. Те в жизни против меня не пойдут.

– А если Цербер прикажет?"

"– Цербер своей рукой меня убьёт, если слабым окажусь. Другие никто бойцов другим не поставляет, только личная охрана.

– Значит набирал постепенно? Сколько же времени им понадобилось?

– Полгода точно было, - Царь на меня взгляд кидает. Кивает, мысли подтверждая. – Тебя не просто так менты приняли, Зверь. Уже план был. Давний, продуманный.

Уши прикрываю и на шаг отхожу, когда Халид гранату под ноги вошедшим кидает. Взрыв оглушает, до звона и покачивающегося мира. Только на слабость времени нет, когда на спусковой курок нужно жать.

Адреналин в крови плещет, жжёт, заставляет дальше действовать. За колонной скрываться, когда пыль летит. В ответ стрелять, на секунду выглянув.

Обойму опустошив, на другую сменить.

Всё замершим кажется, каждая секунда в часы превращается. И неумолимо летят минуты в секунды, когда не успеваешь что-то. Когда нужно быстро место сменить, убрать попавшего в поле зрение конкурента. А не успеваешь, время не так работает.

Топот слышу, стук тяжелых ботинок по гравию. В секунды все варианты продумываю, чья подмога. Их или наша. От этого исход зависит. Они или мы бой проиграем.

Стрельба протяжная, а затем тишина. Халид первым выходит, шатаясь.