Особенности содержания небожителей

— Надень те одежды, что подарила твоя мать на нашу свадьбу, цвета цин, — все же решил я попросить супругу. В ее гардеробе было мало традиционных платьев. В своих нарядах она тоже выглядела в рамках приличия, но почему-то мне очень хотелось, чтобы в чужом пригороде моя супруга смотрелась не просто «хорошо», а была прекрасна, как настоящая юная небожительница.

— М-м-м? — Янли отвлеклась от перечитывания своих каракулей, посмотрела на меня и вдруг улыбнулась. — Хорошо. Сейчас достану. Там парные одежды есть, для тебя.

Если бы я мог предположить, чем кончится эта поездка, я бы… хотя нет. Не знаю, что я сделал бы. Во всяком случае, подготовился бы лучше и думал не о цвете и количестве слоев одеяний жены, а о том, как ей под эти одеяния панцирь из лунного серебра надеть. Два панциря. И поводок.

Вообще, все прошло на удивление мирно, учитывая непонятные взгляды сквозь стены и общий бедлам, воцарившийся в моей жизни после появления подарочного заклинателя. 

Самое ужасное… самое ужасное, что я, хотя и ругалась вслух на все эти беспорядки, в глубине души чувствовала себя так, словно проснулась от спячки. Мне кажется, с того момента, как я впервые открыла глаза в чужом мире и в чужом теле, у меня внутри все словно немного заморозилось, как при хорошей анестезии. Эмоции, воспоминания, привязанности, сожаления… спрятались за завесой легкого морока, остались только факты и тот новый опыт, что нахлынул отовсюду. А теперь действие этого странного препарата начало сходить на нет...

Впрочем, может, это и к лучшему. Теперь мне даже в ужасном паланкине на колесах, тряском и безумно душном из-за тяжелых занавесей, не скучно и не сразу муторно. Можно по сторонам смотреть, можно поспать на теплом заклинателе. Который еще и обнимет, устроит поудобнее. 

В наше небольшое путешествие мы решили собраться и одеться согласно всем местным регламентам. Потому и у меня и у него были многослойные ханьфу, матерчатые сапоги и убранные в традиционные высокие прически волосы, украшенные «коронами» и шпильками. Мое одеяние цвета цин — этакого бирюзового, если по-нашему, — и его серебристо-синее создавали… приятное впечатление. Сначала все это неудобное великолепие вызывало дискомфорт, но восхищенное лицо брата, удивленно-одобрительное мачехи и перекошенное Лисянь смирило меня с действительностью и подняло настроение. 

— Столица — на удивление чистый и спокойный город. Я думал, что здесь будет более шумно, ярко и многолюдно. — Юншен тоже выглядывал за белоснежную занавеску, постоянно осматриваясь. 

Я тихонько вздохнула. Чистый город… ну да, ну да, я должна радоваться уже тому, что вдоль улиц здесь не прорыты канавы, по которым реками текут фекалии изо всех окрестных домов. И никто не выплеснет из окна ночной горшок тебе на голову.