Отчаянный шаг

Осмотрев свой гардероб, Пенни выбрала зеленый костюм, надеясь, что его прекрасное качество придаст необходимые ей значительность и уверенность в себе. Несмотря на то, что Сол предупреждал ее, что это будет неофициальное слушание в адвокатской конторе, когда подошло время идти в суд, Пенни охватил страх.

На слушании она сидела почти в трансе, едва понимая, что говорили вокруг. Только самые главные, существенные положения доходили до ее сознания. О Пенни благоприятно отозвались представители социальных служб и органов здравоохранения; очень теплым было заявление приемной матери Люси — Маргарет, которая писала о преданности Пенни племяннице, о ее любви к девочке.

Затем судья оторвался от своих бумаг и с улыбкой взглянул на Пенни.

— Я очень рад, что вы и ваш муж желаете и способны дать этой маленькой девочке, так трагически осиротевшей в младенчестве, всю любовь и внимание, которые жизнь так жестоко отобрала у нее. — Пенни молча схватила руку Сола, чувствуя, как его пальцы сплелись с ее. — И поэтому, — продолжал судья, — я аннулирую договор о передаче ребенка приемной матери и удовлетворяю прошение миссис Сол ван Димен, которая отныне принимает на себя опеку над девочкой.

Выйдя из адвокатской конторы, Пенни больше не могла сдержать свою радость. Она бросилась к Солу и обняла его, сразу почувствовав, как отвечает на ее порыв его большое сильное тело. Руки Сола сомкнулись у нее за спиной. Пенни внезапно ощутила себя защищенной. Ее колени подгибались, она почти повисла на руках Сола.

Пенни подняла лицо, и Сол увидел слезы счастья, которые текли по ее щекам; ее глаза сияли от радости.

— О, Сол... — прошептала она. — Люси наша, теперь наша. Спасибо тебе за то, что это стало возможно.

В самой ее благодарности была ужасная ирония. Пенни с болью безуспешно пыталась прочесть его чувства за холодным, безразличным выражением его лица. Или он просто так хорошо контролирует себя?

Если бы ей только осмелиться и сказать ему, что она все знает, вызвать его доверие, убедить его в том, что он всегда может рассчитывать на ее любовь, поддержку и сочувствие... Радость исчезла с ее лица. Она с грустью напомнила себе, что Солу совсем ни к чему ее любовь.

Но здесь было не место и не время затевать ссору. И потому, когда он осторожно выпустил ее из объятий и, взяв за руку, вышел на холодную и сырую лондонскую улицу, она молча пошла за ним.

— Я подумал, что это событие стоит отметить, и заказал столик в ресторане, чтобы пообедать, — сказал он.

— Замечательно! — улыбнулась Пенни. — Я бы хотела сообщить Маргарет результат, если ты не возражаешь. Она просила меня позвонить, когда все кончится. Вчера вечером я была у нее.