Отмороженный 12.0

— Ты, когда меня заберешь-то уже? А то я в похожую шахту свалился, когда меня фоггеры через лес оргенума гнали. И я теперь ни вылезти не могу, ни дверь на склад вскрыть.

— Алекс, я как бы не тороплю, — в дверях операторской снова появился Руперт. — Но эти чертовы коммуняки подкрались уже очень близко. Я их уже на сканере вижу.

— Километров двести осталось, — я махнул рукой, не вставая с кресла. — Ты бы лучше вернулся в синхронизацию, раз они рядом.

— А у меня все с собой, — хмыкнул Руперт, и до меня донесся странный звук, будто пальцем по лбу постучали. Звонко так, будто по дереву.

На самом деле я бы уже давно доехал, если бы не постоянные патрули и блокпосты фоггеров. Окружными путями я проехал мимо трех поселений и одного большого предприятия. Все мелкое было разграблено, а вот в городке под названием Оргенбург-3 фоггеры устроили свою базу. Не факт, что единственную в этом секторе.

Много техники и не менее двух сотен дроидов на верхних уровнях, куда добивал сканер Искорки. На такие базы надо полным составом ЧИЛАБа налетать, тогда только толк будет.

Патрули: одиночные багги и четверки «байкеров» я тоже старался избегать. Была пара удобных моментов для ликвидации, но сообщать о своем присутствии в секторе раньше времени не хотелось. Если про Руперта знают и ищут его — пусть, а я пусть останусь для них сюрпризом.

Руперт прятался на границе сектора, в зоне, плотно заросшей оргенумом. Лет двадцать там уже шла вырубка, но запас все никак не заканчивался. Развитая инфраструктура: нормальные дороги, крупнейшее поселение, обросшее всем необходимым для жизни людей. Мастерские, магазины, жилые модули. Даже своя хоккейная команда была, выступающая в высшей лиге. Как между делом мне успел сообщить Руперт — капиталистические бездари с богатыми спонсорами, нажившихся на народных ресурсах.

Где они были сейчас — неясно, и проверять я это не собирался. Поэтому я посмотрел на город издалека (пока Искорка снимала данные по фоггерам) и поехал по широкой дуге сразу к лесной «плантации». Прятался в пригородных развалинах заброшенных времянок и крупногабаритного мусора, оставленного «лесорубами».

Чем дальше в лес, тем гуще чаща — здесь уже не работало. Наоборот, от города до ближайших зарослей оргенума было километров десять чистого поля. Даже пеньков не оставили. Только ямы, от выкорчеванных корней и редкий мусор в виде пустых коробок от запчастей для техники. Еще и патрули вдоль и поперек: три пары машин крутилось вдоль города, и еще несколько гоняли от «леса», периодически в сопровождении груженых оргенумом транспортников.

Пересечь такое я не рискнул — взял еще больше в сторону, намереваясь в ближайшем предгорье перескочить в заросли.