Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице

— Вы еще об этом пожалеете, Мейсон, — пригрозил Трэгг.

— Кстати, у меня есть вопросы к вам.

— Пожалуйста, в любое время приходите ко мне в контору, — пригласил адвокат.

— Не исключено, что вам придется пожаловать сюда.

— Только по ордеру, господин лейтенант.

— Я могу получить ордер.

— Это ваша привилегия.

— Мои услуги, кажется, больше не требуются, мистер Мейсон? — спросил помощник шерифа.

— Пожалуйста, проводите нас до выхода из здания, — попросил Мейсон.

Адвокат помог Марлин Марлоу спуститься по ступенькам.

— Вы дрожите, — заметил он.

— Я разваливаюсь на части, — призналась она.

 — Я хочу сейчас где-нибудь сесть и поплакать. У меня будет истерика.

— Все было кошмарно.

Мейсон пожал руку помощнику шерифа и поблагодарил его.

— Я просто выполнял свои обязанности, мистер Мейсон, — сказал тот. — Вы подготовили все документы, а мне лишь приказали их вручить, что я и сделал.

Марлин услышала хруст денег и заметила, как промелькнула зеленая купюра, которую Мейсон дал помощнику шерифа. Потом адвокат помог ей сесть в машину, и они сразу же отъехали от полицейского управления.

— Что случилось? — спросил Мейсон.

— Это было ужасно, ужасно, ужасно, ужасно…

Ее голос становился все громче и громче. Казалось, слово «ужасно» засело у нее в мозгу. Язык продолжал повторять его, без сознательных усилий с ее стороны.

Внезапно Мейсон затормозил.

— Прекратите! — приказал он. — Нам нельзя терять время. Они могут предъявить вам обвинение в убийстве. Быстро рассказывайте мне, что случилось. Плакать будете потом. А истерику закатите, когда выпутаемся.

В суровых серых, как гранит, глазах Мейсона было что-то, что заставило ее взять себя в руки.

— Лейтенант Трэгг пригласил меня проехать с ним в управление, — начала она. — Потом он попросил показать ему драгоценности, подаренные матери Джорджем Эндикоттом, и очень тактично предложил мне надеть некоторые из них, причем как можно больше, потому что, уезжая из квартиры, я оставляю ее без присмотра, и не исключено, что воры…

— Они вас фотографировали? — прервал Мейсон.

— Да. Газетные репортеры.

Мейсон тихо выругался.

— Именно так полиция сотрудничает с прессой, — зло сказал Мейсон.

— Что вы имеете в виду?

— Прекрасная реклама для полиции.

Вы вся обвешана драгоценностями, полученными вашей матерью от Эндикотта. Репортерам разрешают вас фотографировать. Завтра снимки появятся в утренних газетах под заголовками: «Лейтенант Трэгг допрашивает наследницу» или «На ней целое состояние, полученное матерью от покойного благодетеля».

— О боже! — в отчаянии воскликнула Марлин.

— Продолжайте. Что было потом? — спросил Мейсон.

— Лейтенант Трэгг, видимо, задержался где-то, а меня отправили к сержанту Холкомбу и трем или четырем другим полицейским.