Пиранья. Бродячее сокровище

Официальная пропаганда — это для толпы. Нет уж, мы были кем угодно, только не фанатиками. К тому времени человеку вроде меня уже стало ясно, что идеи стухли, а цели недостижимы…

— Ага, — сказал Мазур. — И радист, я так понимаю, покончил самоубийством, выстрелив себе в затылок?

— В основание черепа, — с большим знанием дела поправил Хольц. — Есть такая точка, вот тут. — Он наклонился над Мазуром и ткнул крепким пальцев в точку, о которой и сам Мазур прекрасно знал. — Смерть мгновенна, ни мига страданий, я вовсе не хотел, чтобы он страдал, как-никак мы служили в одном экипаже… Но он ни за что бы со мной не согласился. Он умер через четверть часа после взрыва, когда стало ясно, что на лодке погибли все до одного, и никто более не вынырнет. О трупе я позаботился, его так никто никогда и не нашел.

— Вот только добраться никак не удавалось, а?

— Ну, понимаю, — сказал Мазур. — Тут дело даже не в идеях, а в камушках. Они бы вас выпотрошили, как камбалу на кухне.

— С удовольствием, — кивнул Мазур.

Он решил не ломать пока что голову над тем, правдива только что выслушанная история, или с какой-то неизвестной пока целью выдумана то ли от начала и до конца, то ли в каких-то важных деталях. Сейчас этого просто не определить.

Хольц, стряхнув мечтательность, уперся в него цепким взглядом:

— Потому что не хочу связываться ни с какими разведками, — сказал Мазур. — Для людей вроде нас с вами это совершено ни к чему. Вдруг и у вас что-то такое на уме…

— Кому это теперь нужно? — с самым наивным видом, какой только мог себе придать, воскликнул Мазур.

— И наверняка дали бы за него немалые денежки? — спросил Мазур.

— Да что вы разгорячились, я просто так спросил, ради любопытства, — примирительно сказал Мазур.

— Любопытство вы удовлетворили. Вот и забудьте напрочь об этом чертовом архиве. Кладоискательство и политика — два разных вида бизнеса, и смешивать их не стоит. Понятно?

— Да, понятно, понятно, успокойтесь! Говорю вам, я просто просчитываю все варианты. Неуютно как-то работать, зная, что на хвосте у тебя висит чья-то разведка…

— Успокойтесь, — бросил Хольц свысока. — До сих пор я и не слышал, чтобы чьи-то разведки пронюхали о… Ко мне никто никаких подходов не делал…

«Счастливец ты, однако, — подумал Мазур. — А вот ко мне — делали. Не далее как сегодня днем. Черт его знает, в конце концов, на кого там работает Ронни, но факт остается фактом: по крайней мере, одна разведка что-то все же пронюхала. Он недвусмысленно упоминал о микропленках… У Кристины они уже на хвосте и у меня тоже, а может, и у тебя…»

— Что это вы так благодушно улыбаетесь?

— Да оттого, что ситуация лишена всякой двусмысленности и недомолвок, — почти благодушно ответил Хольц, радушно подливая ему виски. — Вы вроде бы не глупый парень, Джонни.