Пиранья. Бродячее сокровище

По вашим американским меркам это все равно, что быть потомком пассажира с «Мейфлауэра»…

— Ваше сиятельство, а сидеть-то в вашем присутствии можно?

— Безусловно, — сказал Мазур ей в тон.

— Я надеюсь, ваш славный предок воистину заслужил такое обращение? Другими словами, был чем-то большим, нежели вульгарный карманник?

— О, будьте уверены! — сказал Мазур лихо. — Прапрадедушка был гораздо более серьезным человеком, он, знаете ли, грабил почтовые кареты на пустошах под Лондоном — а это в те времена считалось вполне достойным джентльмена занятием. К сожалению, он увлекся и однажды проткнул шпагой местного судью… вообще-то и это в те времена считалось в порядке вещей, но он имел неосторожность попасться…

— Понятно. А как он поступал с прекрасными пленницами?

— Думается мне, — сказал Мазур, откровенно разглядывая ее, — мой славный предок оправдывал их ожидания…

С тем же личиком невинной школьницы она пожала плечами:

— Ну что ж, родословная, как родословная. Боюсь, мне крыть и нечем. Мои предки были скучными южными плантаторами, хотя и в их размеренной жизни определенно была своя романтика: кровная вражда, негритянки-любовницы, гражданская война… Ладно. Лезьте в машину, меня зовут Бриджит, Бриджит Ройс. Мистер Роберт Ройс, как легко догадаться, почивает там, на заднем сиденье… Хотите за руль?

— Нет, спасибо, — сказал Мазур искренне. — Эти идиоты носятся, как кометы…

— Ну, я уже немного привыкла к здешнему стилю… Поехали?

Мазур забрался на сиденье, поставил сумку под ноги и джип лихо рванул с места.

В голове вновь защелкала невидимая миру вычислительная машинка. В силу той же здоровой паранойи Мазур как-то не особенно доверял очаровательным женщинам, полагая, что от них порой исходит гораздо большая опасность, чем от иных мужчин. И этот его устойчивый пессимизм не на пустом месте родился, а имел основой богатый и печальный жизненный опыт — достаточно вспомнить красотку Мэй Лань, красотку Мадлен, да что там далеко ходить, не далее как сегодня утром едва не лег хладным трупом благодаря усилиям красотки с ангельской внешностью и ангельским имечком. Так что и теперь, чтобы не разочароваться потом, чтобы не влипнуть в неприятности, следовало заранее подозревать свою нанимательницу в чем-то гнусном…

— Почему вы молчите, Джонни?

Мазур очнулся от нерадостных дум:

— А что я должен говорить?

— Возможно, мой дядя — не эталон моряка, и по нему одному не стоит судить обо всех, но у меня создалось впечатление, что моряк на суше только и делает, что травит байки, хлещет виски и ухлестывает за женщинами…

— Подождите, Бриджит, — серьезно сказал Мазур. — Дайте мне только освоиться в вашей великолепной машине.