Плевать на все с гигантской секвойи

– А вы что, путешественник?

– Михаил Петрович, я вас жду! – заглянула в детскую Марина.

– А вы мне еще про Африку расскажете?

– Обязательно, вот только поем…

Стол на кухне был накрыт на двоих.

– Садитесь, пожалуйста!

– Как у вас тут красиво и уютно, а до чего вкусно пахнет!

– Ешьте на здоровье. Выпить я вам не предлагаю, вы же за рулем.

Она налила ему в красивую чашку горячий, ароматный бульон.

– А к бульону возьмите вот эти сухарики!

Перед ним стояла мисочка, полная румяных сухариков с еще пузырящимся, горячим сыром.

– Берите, берите, не стесняйтесь.

У него было странное ощущение, что он вернулся домой после долгого, трудного путешествия, где ему не раз грозила опасность, где он был открыт всем ветрам, а вот теперь, здесь, с этой женщиной, он защищен, спокоен. Каких только причудливых форм не обретает влюбленность, усмехнулся он про себя, а еще он почему-то боялся посмотреть ей в глаза. Вдруг в них он прочтет вежливое безразличие?

После обеда возникла неловкая пауза. Он вынужден был поднять глаза, и сердце у него екнуло. Она смотрела на него, пожалуй, даже с нежностью, но при этом выглядела такой усталой, что ему захотелось немедленно прижать ее к себе, погладить по волосам, утешить и сказать: не бойся, маленькая, я с тобой, все будет хорошо, не волнуйся и ложись спать.

Хотелось защитить ее от всего мира, чтобы она почувствовала себя так же, как он четверть часа назад…

– Марина, вы устали, я пойду.

– У меня был невероятно тяжелый день, столько всего… И плохого и хорошего…

– Я все-таки загляну к вашему сыну попрощаться. Я обещал ему рассказать про Африку.

– Ну конечно, и спасибо вам за все. Вы так меня поддержали…

Он заглянул в детскую.

Мишка спал. Он все еще был очень бледный. И, конечно, тоже нуждался в защите.

– Он спит, – шепотом сообщил он Марине. – Если вы позволите, я на днях навещу его, ему ведь скучно так лежать, и еще я обещал показать ему фотографии…

– Которые привозил из экспедиций, ему будет интересно.

– Спасибо, вы так любезны.

– Я не любезен, я влюблен, – шепнул он ей и подошел к двери. – Дайте мне ключи от вашей машины. Я сейчас возвращаюсь на фирму и попрошу кого-нибудь из водителей подогнать ее к вашему дому.

Она благодарно улыбнулась.

– Вы все-таки чрезвычайно любезны.

– Я чрезвычайно влюблен! – повторил он и вышел из квартиры.

И я, кажется, тоже, подумала Марина. Только это сейчас совершенно ни к чему.

Утром, когда Мишка проснулся, у него был уже вполне нормальный вид. Он с удовольствием поел.

– Мам, ну скажи, что я буду делать целый день? Я так не могу!

– Слушай радио, плеер, ну я не знаю!

– Ма, а дядя Миша не приедет?

– Сегодня? Вряд ли. Он сказал, зайдет на днях, какие-то африканские фотографии обещал привезти.