Плевать на все с гигантской секвойи

Господи, думала Марина, он, как паук, плетет паутину из своего обаяния, а я, глупая муха, уже барахтаюсь и не могу вырваться… Нет, я вырвусь. Я обязательно вырвусь.

– Расскажи мне о себе, – попросил Михаил Петрович, когда они утолили первый голод. – Я хочу все о тебе знать…

– Зачем это? Чтобы нащупать уязвимые места?

– Господи боже мой, что за мысли! – огорчился он. – Ты разве не понимаешь, что когда любишь…

– Это когда любишь! – отрезала Марина.

– Ну что с тобой? Почему ты не веришь, что тебя можно любить? Я, наверное, полюбил тебя еще восемнадцать лет назад, с первого взгляда.

Я все эти годы тебя помнил, если хочешь знать, я везде инстинктивно искал тебя, напоминания о тебе…

– Искал меня в бесконечном множестве других женщин?

– Отчасти это так, – улыбнулся он. – Известно же, что Дон Жуан всю жизнь находился в поисках идеала. Вероятно, и со мной так… А пять лет назад, например, я подобрал на улице кота, у которого точь-в-точь такие глаза!

Она грустно усмехнулась. Каждое его слово помимо ее воли проникало в душу. Так хотелось поверить, так тянуло к нему… Но нельзя, нельзя! Ничем хорошим это не кончится.

– Скажи, а кто тот человек, с которым ты была на свадьбе?

– Но ты его не любишь?

– Я этого не говорила!

– Не обязательно все говорить, достаточно было на вас посмотреть. Тебя что, мучает совесть, что ты ему изменила?

Вот уж ничуточки, подумала Марина. Но промолчала.

– Он тебе не подходит. Он ненадежный.

– Ну вот, опять на «вы»! Не надо от меня отдаляться, Марина. Скажи лучше, мы сможем остаться вместе до утра?

– А ты позвони, объясни, что у тебя еще много дел, зачем лишний раз таскаться в город?

– Не могу, Мишка будет меня ждать…

– Он прекрасно уснет…

– Нет, и вообще, я устала.

– Тогда тем более нельзя ехать в город. Еще уснешь за рулем.

У него в кармане запищал мобильник. Он нахмурился:

– Миша, прости, что беспокою! – раздался голос Булавина. – Но у нас очередное ЧП. Наш сухогруз арестован в Марселе!

– Ты там небось со своей кралей, но уж извини, дело прежде всего.

– Но что я могу сделать ночью?

– Через три часа летишь нашим самолетом в Марсель!

– Спасибо! Чрезвычайно рад!

– Все понимаю, сочувствую, обещаю возместить свободные дни, но сейчас совсем нет времени.

Ты где? Машину прислать?

– Да! Через час на дачу!

– Любовь моя, прости, мне надо срочно вылетать в Марсель!

Слава богу, подумала Марина. Но ничего не сказала.

– Прости меня, родная, но…

– Что ж, я понимаю. Дело есть дело. Поехали скорее.

Она нисколько не расстроилась, с горечью подумал он. Но все его мысли были уже в Марселе. Он представлял себе, что там все может оказаться очень непростым.

Они молча доехали до дачи. Он поцеловал ее долгим, нежным поцелуем.