По дороге разочарований… (СИ)

И вместо того, чтобы устроиться на работу, и спокойно достраивать дом, так сказать вить гнездышко своей будущей семьи, он вначале распродал, все что имелось из моих запасов, а затем дело дошло и до земельного участка вместе с домом. В итоге, уже через каких-то полгода, он оказался без единого цента в кармане. А учитывая, что единственное, что он умел, было завязано на фермерское хозяйство, никому его услуги оказались не нужны. Он, попытался было вернуться назад в Сан-Себастьяно, но отец, к тому времени уже умер, а братья хоть и приняли его как гостя, но едва он заговорил о возвращении в родные пенаты, тут же показали подписанный им отказ от доли в наследстве и полученный взамен своей доли дом в Сан-Пабло.

Я так понимаю, и здесь проявились не дюжие фантазии Хоакина, который расписал братьям все в мрачных тонах о том, что дом якобы оказался ничего не стоящей халупой, да и место находилось в самом захолустье. Но братья быстро вывели его на чистую воду, и погнали прочь. С тех пор он и бродяжничает, перебиваясь редкими заработками. Конечно, это был с одной стороны родной брат, который когда-то любил меня, помогал мне, но сейчас передо мною сидел опустившийся человек, который вызывал у меня скорее неприязнь. И хотя, я был готов, как-то помочь ему, но вот приближать брата к себе, мне совершенно не хотелось. Задумавшись об этом, я убеждал себя, что мало ли что могло произойти в жизни. В конце концов я тоже небезгрешен. И уже готов был предложить ему что-то большее, нежели разовую помощь, пусть даже в достаточно крупном размере, как его вопрос тут же расставил все точки над «i», и заставил принять прямо противоположное решение.

— А скажи-ка братец, как ты из Ричарда Санчеса, вдруг стал мистером Бендерманом? Может мне стоит заявить в полицию, чтобы вывести тебя на чистую воду? Или ты подумаешь, примешь правильное решение, и оплатишь добровольно молчание своего родного брата, чтобы он не сдал тебя копам.

Похоже, последние события очень изменили Хоакина. Услышав эти слова, я просто встал со своего места, и бросив.

— Ну, что ж, можешь попытаться. — И ушел прочь.

На следующий день меня пригласили в местную полицию, где рассказали о том, что какой-то человек, говорит о том, что является, моим родным братом, и заявляет о том, что я ношу на самом деле совсем другую фамилию.

— Может тогда и матушка Бенедиктина, не является, моей матерью? — Задал я вопрос полицейскому офицеру, которого знал с того самого момента, как поселился в этом городке. — Вы спросите у него, вдруг, я вообще марсианин?

С самой первой встречи в Канзас-Сити, я называл тетушку — матушкой, и все знающие меня люди привыкли именно к этому. Да и сама тетушка, тоже всегда называла меня сыном.