Нежный цветок кактуса
АннотацияГоворят, жизнь прожить - не поле перейти... я свое поле уже почти перешла... А если насмешница-судьба даёт ещё один шанс на жизнь? Теперь вновь переходить это поле? То есть, у меня два поля будет? А начиналось все хорошо, как у классической попаданки - никому не нужная, хорошо пожившая старая дева, Зайцева Евгения Ивановна, попадает в новый мир, в молодое тело дочери барона Рейли... и на этом все хорошее закончилось. Даже из разоренного поместья выгнали! И платья чуть получше отобрали, и приличную одежду семилетнего брата забрали! Остался один выход - ехать к двоюродной бабке Филиппе, несмотря на ее мерзкий характер...Только вот не учла я пуританско-викторианский уклад здешней эпохи.
Погоди, Женя, вначале дом построй… Тут мысли ни с того, ни с сего перескочили на то, что зимой здесь должно заметать все знатно. Лопатами не отмашемся. Надо будет придумывать такой нож-отвал, как у грейдера, чтобы его могли тащить пара лошадей и чистить дороги."
"Открыла глаза, осмотрелась. Из купальни доносился плеск, значит у леди Филиппы все в порядке. Неподалеку, на небольшом пригорке, на зелёной травке пасся Козел, рядом лежал, набегавшись, его закадычный дружок - мистер Тяф. Козел уже опять привык к тележке и спокойно относился к тому, что его запрягают. Но только знакомые люди. Поэтому его освобождали от тележки по приезду на плато, и он находился в состоянии фрилансера, так сказать. Он быстро подружился с Рогнедой, с рабочими. Им сразу было сказано - не замахиваться, не бить животное, тем более не дразнить и не говорить плохих слов. Иначе будут наказаны самим Козлом, а жалобы не принимаются. А этот обжора все понял и теперь частенько выпрашивал горбушку с солью. А у Рогнеды и морковку порой, и сухарики соленые. Я продолжала дремать на солнышке, когда услышала какой-то странный шум. Сбросив сонную одурь, я внимательно посмотрела на дорогу. Совсем уже недалеко от меня шествовала небольшая толпа жителей кланового поселка, их я не спутаю со своими рабочими. Старейшина тщательно шифровался в хвосте толпы. Насторожившаяся Рогнеда что-то шепнула крутившемуся рядом подростку и тот рванул в сторону кирпзавода, очевидно, за Чарльзом. Я внутренне подобралась, но по-прежнему сидела, не вставая и сохраняя расслабленный вид. Наконец, бурно жестикулирующая и громко обсуждаются что-то толпа добралась до меня. Кто-то из толпы выкрикнул:
- Хозяин! Мы хотим говорить с хозяином!
Я лениво разглядывала их, потом ответила:
- Если вы имеете в виду сэра Эндрю, то он в своем поместье, идите туда. А если лорда Чарльза, то я за него.
Из толпы вновь кто- то крикнул:
-Вот ещё! Будем мы с бабой разговаривать!
Я села прямо и холодно сказала:
- Меня зовут леди Дженнифер Бакстер, баронесса Рейли. А вот баб вы оставили у себя дома! Что вы хотели! Говорите и уходите!
Внутри толпы опять засуетились и вытолкнули вперёд щуплого вертлявого мужичонку. Тот важно откашлялся, засунул большие пальцы рук за пояс штанов (кто бы что не говорил, а килт скотты носят достаточно редко), выставил вперёд ногу в стареньком, порыжевшем сапоге, и со значением произнес:
- Мы, значитца, этта, желаем знать, что тут творится?
-И что тут творится? И на основании чего я должна вам это докладывать? - лениво произнесла я.
У меня сейчас одна задача - потянуть время до того, как прискачет Чарли и подбегут рабочие.