Нежный цветок кактуса
АннотацияГоворят, жизнь прожить - не поле перейти... я свое поле уже почти перешла... А если насмешница-судьба даёт ещё один шанс на жизнь? Теперь вновь переходить это поле? То есть, у меня два поля будет? А начиналось все хорошо, как у классической попаданки - никому не нужная, хорошо пожившая старая дева, Зайцева Евгения Ивановна, попадает в новый мир, в молодое тело дочери барона Рейли... и на этом все хорошее закончилось. Даже из разоренного поместья выгнали! И платья чуть получше отобрали, и приличную одежду семилетнего брата забрали! Остался один выход - ехать к двоюродной бабке Филиппе, несмотря на ее мерзкий характер...Только вот не учла я пуританско-викторианский уклад здешней эпохи.
Я оделась, заколола, как смогла, косу вокруг головы и пошла вниз, стараясь ступать очень тихо. Дом ещё спал, только внизу изредка проходили горничные, да из кухни доносилось осторожное звяканье кастрюль. Остановив служанку, спросила, встала ли уже леди Филиппа? Получила ответ, что да, леди встаёт очень рано, сейчас она на прогулке, изволит разговаривать в беседке. Я обрадованно пошла наверх, надела сапожки, дублёнку, платок и перчатки, и тоже двинулась на улицу. Мне объяснили, где примерно искать ту беседку.
Глава 15Несмотря на раннее утро, было солнечно и удивительно тепло, так, что сразу верилось - и в эти северные края пришла весна! И птички чирикали как-то по-особому, солнышко припекало в спину, сугробы резко осели за одну ночь и пахло талой водой, просыпающейся природой, корой деревьев. И я шагала по чистым дорожкам и беспричинно улыбалась. Верилось, что больше ничего плохого с нами приключиться не может."
"Подойдя к беседке, увидела маленькую, пожилую женщину в бордовом бархатном салопе (или как там он правильно называется? Не сильна я в дворянской жизни) и модной, лихо сидящей чёртом у нее на седых букольках, шляпке. Сморщенное, как печеное яблоко, лицо, востренький носик. Чем- то она мне напомнила старуху Шапокляк из старого советского мультика про Чебурашку. Старуха сидела на скамье, на небольшом столе рядом с ней лежал кочан капусты и каравай свежего хлеба. А напротив нее смирно сидели самый обыкновенный белый козел с красным кожаным ошейником и не менее обыкновенный деревенский беспородный кабыздох, тоже с красным ошейником.
Они оба внимательно слушали речи леди Филиппы (надо полагать, это была именно она). Когда служанка сказала, что леди разговаривает в беседке, я предположила, что она разговаривает с управляющим, с работниками, с Богом о душе, в конце концов. Но что она беседует с козлом и псом, мне и в голову не приходило! Поэтому я стояла чуть поодаль, раскрыв рот, и тоже внимала умным речам, наряду с живностью. А бабка вещала:
- Как вам не стыдно, мистер Козел! Где ваше воспитание? Чтобы сказал ваш достойнейший отец, покрывший себя бессмертной славой и памятью о нем! Так героически погибнуть в схватке с волками, спасая свое стадо, уже на склоне лет! А вы, мистер Козел, так безобразно вели себя в столице! Нет, то, что вы слегка погоняли по двору его собственного особняка герцога Майденского и по совместительству, моего сына и главу Тайной канцелярии - это я в целом одобряю! А вот нечего матери дерзить, когда она с ним беседует о важном! Но вот когда вы сжевали полштанины какому- то разряженному павлину в парке, когда он стоял возле нашей коляски и разводил любовные куры для нашей Джо - это перебор! Хотя… с другой стороны, как он визжал, как торговка на базаре… прямо услада для ушей.