Пограничник. Том 1: На афганской границе

— Слышите? — Спросил он.

— Наверное, она тоже должна. Чего ж не идет на зов? — Заметил Сережа.

Я же опустился ниже к земле. Увидел у самых корней кустарника характерным образом примятую лесную подстилку. Если даже пригляделся, на сырой почве, в которую вмялась сухая листва, можно было разобрать рисунок подошвы. Судя по размеру отпечатка, он принадлежал ребенку. Девочка тут проходила. Я быстро смог разобрать линию следов и направление движения. К несчастью, ниже по склону начинался каменистый участок, где следы уже вряд ли можно было разобрать.

— Не идет, потому что напугана, — проговорил я, поднимаясь, — ребенку одиннадцать лет.

Мы с Сережей переглянулись.

— А может быть, она попала в беду, — добавил я. — Нужно быть готовым ко всему.

Сергей только сглотнул.

— Кажется, я нашел следы. Пойдем ниже, Сергей.

— Но там дальше перевал. Он крутой, мы не пройдем. Да и линии электропередач там тянутся. Окажемся без связи, — возразил Сергей.

— Девочка может быть как раз на перевале. Внизу проходит автодорога. Наверное, она услышала шум машин и пошла на звук. Свяжись с главным группы. Пусть направят вертолет пройти над перевалом.

Шедший за мной Сережа подотстал, коснулся рации, закрепленной на лямке рюкзака. Стал говорить с МЧСниками.

— Вертолет ушел, — сказал он, догоняя меня, — на дозаправку. Будет только через полчаса.

— Тогда проверим сами.

— Павел Степаныч, — вдруг сказал Сережа, идя за мной след в след, — а почему вы на старости лет решили в лесничие пойти? Работа-то, как я вижу, не самая простая.

— А чего это ты спрашиваешь? — Обернулся я.

— Ну… Почти все ребята у нас молодые. А, кто постарше в конторе сидят, бумажки перебирают. Один вы до сих пор по участкам ходите.

Да только я уже сам испытал, как это не просто. А вам, видать, и подавно. Кстати, сколько вам? Лет шестьдесят?

— Ну вот. Не хочется вам место поспокойней найти?

— Нет, Сережа. Не хочется.

М-да… Хотя болтать с Сережей мне не особенно и хотелось, я его понимал. После смерти супруги, моей Наташи, с которой прожили мы душа в душу больше тридцати лет, я решил, что от всего устал.

Дети выросли, у них теперь свои семьи, внуки у меня растут. А мне, наконец, захотелось покоя. Вернее, я наконец, смог его себе позволить. Решив, что работа егерем в глухих лесах Апшеронского района принесет мне этот самый покой, я не ошибся.

И душа, и разум отдыхают, когда ты обходишь свой участок, оставаясь наедине с природой. Да и физические нагрузки позволяют мне держаться в неплохой форме. Будто бы тормозят подходящую старость.

— А я, вот, уже подумываю поменять работу, — пробурчал Сергей. — Когда служил, думал, кончится контракт, так подыщу себе что-нибудь поспокойнее. Устал. А теперь жалею, что с пограничных войск уволился. Тут, в лесничестве, че-то тоже не сахар.