Порожденная грехом. Часть 2

Лицо Луки оставалось чистым, ничего не выдавая.

— Несколько моих людей следили за тобой и видели, как ты искал что-то в старых тайниках «Тартара».

— Мне показалось, что я заметил пару ублюдков на моем пути, — сказал я, пожав плечами. — Я искал деньги «Тартара», если хочешь знать. Нет желания полагаться на твои деньги. Теперь у меня достаточно средств, чтобы найти жилье и купить новый байк и начать работать с твоими Головорезами, или ты передумал?

— Если у тебя есть подсказки о возможных укрытиях сбежавших байкеров «Тартара», то это все еще вариант.

— Не все члены «Тартара» представляют опасность.

Многие были против плана Эрла, а некоторые даже стали одинокими волками, избегая участия. Эти люди могут быть полезными агентами. Нет смысла идти на ненужные убийства, когда вместо этого они могут стать союзниками. — я сделал паузу. — Но сначала нам нужно обсудить, кто слил информацию об убийстве Эрла. Либо ты отдал приказ распространить эту новость, либо твой контроль над людьми ослабевает.

Лука выглядел готовым задушить меня, но тут вошла Марселла, за которой следовал взбешенный Амо.

Похожий на Луку парень лишь бросил на меня короткий взгляд, обменявшись взглядом со своим отцом, который я не смог прочесть.

Лицо Гроула было извиняющимся.

— Она настояла, чтобы я привёз ее.

— Ты можешь идти, — сказал Лука.

Гроул закрыл дверь. Как только он ушел, Марселла набросилась на отца.

— Не могу поверить, что ты все еще обращаешься со мной как с глупым ребенком. Я не ребенок. Но ты продолжаешь решать все за моей спиной и даже лжешь мне в лицо!

— Марселла, — сказал Лука низким, умоляющим голосом. — Я хочу защитить тебя.

— Так вот почему ты пытался сделать так, чтобы Мэддокса убили его старые друзья-байкеры, слив информацию о смерти Эрла?

Значит, я оказался прав. Витиелло играл в грязную игру. Я не очень удивился.

— Он сказал тебе это?

Лицо Марселлы покраснело, глаза стали большими. Она подошла ближе к своему отцу.

— Ты обещал! Я думала, что могу доверять тебе.

Ее голос дрожал, не только от гнева, и впервые в жизни я увидел намек на более мягкие эмоции на лице Витиелло, но они исчезли слишком быстро.

— Это разговор между нами двумя, — сказал Лука, прежде чем повернуться к остальным.

 — Сейчас же всем выйти.

Я поднял брови на его приказ, затем повернулся к Марселле.

— Ты хочешь, чтобы я остался?

Марселла на мгновение задумалась, но потом покачала головой. Лука выглядел готовым задушить меня до смерти за один только вопрос. Я послал ему натянутую улыбку, а затем последовал за Маттео и Амо из кабинета. Марселла умела вести себя со своим стариком, как никто другой. Если кто-то и мог заставить его прекратить попытки убить меня, так это она.