После тебя только пепел

На кухне аккуратной стопкой сложены полотенца, возле раковины стоит вымытая белая кружка, которую я подарил Алене несколько дней назад, потому что моя посуда ей не нравилась. Она так радовалась, будто это кольцо с бриллиантом. Так улыбалась…

– Присядешь? – говорит Крис, возвращая меня в реальность.

Встряхиваю головой и опускаюсь в кресло у окна. Крис занимает ближайший стул и кладет ногу на ногу. Ее короткая юбка задирается, открывая кружевную повязку чулок. Крис уверена, что сексуальность – самое страшное оружие. Может быть, и так, но не в данной ситуации. В двух случаях этот метод может дать осечку – перед вами гей или парень, который влюблен в другую.

– Не хочешь сказать мне спасибо? – воодушевленно спрашивает Крис и заправляет за ухо переднюю прядь волос, открывая шею.

Смотрю ей в глаза и вместо ответа устало вздыхаю. Как они меня все задолбали, но я не могу их винить. Сам на это подписался. Сам составлял договор.

– Я подумаю над твоим предложением, – отвечаю, блуждая взглядом по ее телу. – А еще я бы попробовал секс втроем. Из нас бы вышло отличное трио.

– Не смешно, Мнац, – бурчит Крис, теряя благоприятный настрой.

– Какие шутки? Я серьезен.

Перехватываю взгляд Крис, ее уверенность стремительно движется к нулю. Крис отводит взгляд, скрывая боль, и отвечает на порядок тише:

– Я подумаю над твоим предложением.

– Хочу прямо сейчас, – заявляю я требовательно. – Должен же я отблагодарить своих помощниц. Так все провернули. Лучше, чем смог бы я сам.

Крис ерзает на месте, сжимая бедра. Она не хочет этого, сопротивляется, но слишком слабо. Придется настоять. Она должна увидеть все своими глазами. Должна понять.

– Давай же, Крис, – я с нарочитой ленью растягиваю слова. – Меня хватит на вас обеих. Обещаю. Это сделает меня самым счастливым пацаном на планете. Я так устал за последнее время. Мне нужно что-то особенное, чтобы прийти в себя.

Крис опускает голову.

– Хорошо, – шепчет она.

Провожу рукой по лицу, растирая воспаленные от напряжения глаза.

– Ты совсем больная? – произношу я жестко. – На что ты согласна? Крис! Очнись! Какого черта ты вытворяешь со своей жизнью?!

– Да я уже не знаю, что мне сделать, чтобы просто быть с тобой! – взрывается она, хлопая себя по колену.

Слышу, как падают все ее маски. Десятки. Разные до невозможности. И они разбиваются вдребезги, осколки больше не собрать. Теперь она настоящая, и остается самое трудное… вернуть ей зрение.

– А зачем тебе быть со мной, Крис? Для чего?

– Что за идиотский вопрос? – обескураженно шепчет она, едва шевеля губами, и резко вскидывает голову, прошибая меня яростным взглядом.