После тебя только пепел

Если не прожить и не отпустить ситуацию, сбившую с ног, стресс вернется с новой силой через какое-то время. И он может стать губительным для нее, а меня уже не будет рядом.

Алена-Алена… Не думал, что в тебе столько мощи, но ты сама еще не понимаешь, что с ней делать. Тратишь слишком много на один боевой залп. Когда я услышал ее в доме родственников, то, мягко сказать, офигел. Ее уверенность поражает. Идеальная игра. Превосходная. Продуманный маневр, и выполнен так, что не подкопаешься. Я не смог вмешаться, запретил себе. Это была ее битва, и она победила. Безоговорочно. Здесь ей можно только поаплодировать, но победа скоро потребует платы, и, боюсь, Алена не осилит ее в одиночку.

Гоню прочь из города. Нам нужно безлюдное место, и как можно скорее. Искоса поглядываю на Алену: подбородок дрожит, ногтями впивается в джинсы, будто пытается выцарапать что-то из самой себя. Освободиться от гнета мыслей, ощущений, выводов. Я должен помочь ей, и уже не потому что мне интересен результат, не потому что хочу что-то доказать себе, а просто по-другому не может быть. Уже не может.

Выезжаю на трассу и через несколько километров сворачиваю на проселочную дорогу вдоль пустых полей и наполовину лысой посадки. Бью по тормозам и распахиваю дверь. Надеюсь, мы успеем до того, как Алена впадет в окончательную заморозку, иначе все пропало. Выскакиваю на улицу, прихватив с собой ствол, обегаю автомобиль и открываю пассажирскую дверь. Алена не двигается с места, тихонько сопит, глядя в пустоту. Отстегиваю ремень безопасности и крепко сжимаю ледяную маленькую ладонь, потянув на себя:

Она слушается. Выбирается из машины, но все еще сидит в защитном коконе. Движения замедлены и растянуты во времени. Такое чувство, что она слишком тяжелая для самой себя. Веду ее в лесополосу. Под ногами хрустят сухие ветки, грязь прилипает к кроссовкам. Холодный ветер злобно бьет по лицу, в воздухе ощущается запах увядающей жизни и печального прощания.

Останавливаюсь между старых высоких тополей и отпускаю руку Алены, чтобы вложить в нее пистолет. Я еще об этом, наверное, сто раз пожалею, но она же не может меня убить. По крайней мере, я на это надеюсь. Отхожу на пару метров и становлюсь спиной к самому широкому корявому стволу. Выпрямляюсь, пытаясь поймать взгляд Алены, что гаснет с каждой секундой все больше.

– Что ты делаешь? – тихо спрашивает она.

– Предлагаю попытаться еще раз, – произношу я с улыбкой, которую, скорее всего, она уже записала в лживые и ненавистные, и развожу руки в стороны.

– Я не стану этого делать.

– Прекрати, Мнац, – твердость теплится в ее голосе, но этого мало.

– Ты ведь хочешь этого. Сама сказала, что ненавидишь меня, что я пожалею. Вот, – раскрываясь еще шире, – у тебя есть шанс.

– Алена, ты злишься. Тебя это сожрет.