После тебя только пепел

 – Я говорю с трусом и подонком, который прикрывается мной перед родителями. Который чуть не продал меня за карточный долг. Который на мужика похож только из-за штуки, что висит у него между ног!

Леша срывается с места и замахивается, отводя руку назад. Голову дергает влево, оглушающий хлопок разносится на всю территорию заброшки. Зажмуриваюсь от боли, но, преодолевая себя, возвращаю взгляд к глазам брата.

– Ударь меня еще раз и узнаешь, что не только Мнац может отправить тебя в больницу.

– Да ты что? – смеется Леша, широко раскрыв рот. – В больничке скоро окажешься ты, когда отец с тобой закончит, а я посмотрю и послушаю. Вот это будет веселье. Скажем потом, что на тебя напали те же хулиганы, что и на меня.

Страх душит, а щека печет так, словно к ней приклеили горчичный пластырь. Все, что говорит Леша, – правда. Все будет именно так. Что я могу сделать против него? Против дяди Славы? Никто мне не поможет. Леша заберет меня домой, а там… сколько бы я ни брыкалась, ничего не изменится. Если сопротивляться, станет еще хуже. Бессилие приходит внезапно и обрушивается на голову вместе с вечерней темнотой. Ноги уже едва держат.

Тошно от непонимания.

Почему? Почему все это происходит?

– Леш, вот за что ты так со мной? – бормочу я, и горячие слезы катятся по ледяным щекам. – Я не понимаю… за что? Я всегда тебе помогала. Всегда была на твоей стороне. Почему ты ни разу мне не помог? Не защитил? Зачем делаешь все это сейчас?

– Только не надо ныть, ладно? Ненавижу, когда ты ревешь, – с омерзительным пренебрежением произносит брат и грубо хватает меня за руку выше запястья. – Идем домой!

– Нет! – повышаю я голос, вонзаясь ногтями свободной руки в его ладонь. – Нет! Я никуда с тобой не пойду! Я обращусь в полицию! Напишу заявление!

– Ага, – хмыкает он. – Попытайся.

Упираюсь ногами в землю, не позволяя себя увести. Выдергиваю руку, но рывок выходит настолько сильным, что я падаю на землю. Леша злобно рычит и резко оборачивается:

– Что за цирк ты устраиваешь?! А ну вставай, и вперед! Жаль, волос у тебя больше нет, так было бы удобнее.

Он протягивает руку, наклоняясь, а я откидываюсь на спину и выбрасываю вперед ногу. Подошва моей кроссовки упирается брату в живот, это даже ударом назвать нельзя, но на лице Леши появляется такое свирепое выражение, которое я даже в страшных снах не видела.

– Что ты сейчас сделала? – шипит он.

– Стоять! – гремит разъяренный голос. – Ты серьезно, малой?

Леша бегает глазами вверх-вниз. Ему хочется вцепиться мне в глотку, но тот, кто стоит позади, слишком пугает.

– Твоя сестра? Твоя?! – с нажимом произносит Мнац. – Мне напомнить, что ты поставил на кон в нашей прошлой игре? Она уже не твоя. Бабки я с тебя тогда не взял.