После тебя только пепел

– Крис, ну в каком смысле можно дружить?

– Если речь о тебе, то во всех, – резко произносит она, роняя новенькую оболочку «не стервы».

Отворачиваюсь, ничего не отвечая. Бесит, что Крис сама все понимает и до сих пор ничего не делает. Но это ненадолго, вторая фаза уже на подходе.

– У меня есть дела, – говорю я, отцепляя от себя Крис.

Она удерживает меня за рукав толстовки, на ее лице появляется раскаяние:

– Не знаю. Может быть.

– Ага, – безразлично бросаю я и смотрю на друзей. – Пока, парни!

Подмигиваю Жанне Анатольевне, которая сидит за компьютерным столом в ворохе папок и бумаг, и подхожу к двери в смежный кабинет. Стучу трижды и распахиваю дверь, делаю шаг и вытягиваюсь по стойке «смирно».

– Вызывали, Елизавета Игоревна?! Если что, это не я!

Крестная улыбается и взмахом руки указывает на соседний стул:

– Привет, Данька. Все еще разговариваешь, как пятилетний мальчишка.

Закрываю за собой дверь и занимаю предложенное место.

– Ты знал, что у Алены проблемы в семье? – спрашивает тетя Лиза в лоб.

Напрягаю плечи и отвожу взгляд. Надо было расспросить Алену о том, что произошло здесь в кабинете. Так было бы легче врать.

– Понятно, – вздыхает крестная. – Что именно у нее там происходит?

– А что она сама рассказала?

– В том-то и дело, что ничего.

Да, у Алены явные проблемы с принятием помощи, но мы поработаем и над этим. Всему свое время. Для начала нужно справиться со страхом. Он может быть как движущей, так и, наоборот, тормозящей силой. Страшно бывает всем, но для одних это мотивация, а для других оправдание. И все-таки совсем немного, но я горжусь этой мелкой. Она не стала жаловаться? Решила справиться сама, даже учитывая то, как я вел себя с ней последние два дня? Похвально. Хотя она могла просто испугаться новых проблем. Вот это уже не очень радует.

– Я и сам толком ничего не знаю.

– Но ты привез ее ко мне. Очень вовремя.

Тетя Лиза внимательно разглядывает мое лицо и шумно вздыхает:

– Ладно. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы продолжать этот разговор. Просто пообещай, что если вдруг понадобится помощь, я об этом узнаю раньше, чем в прошлый раз.

Нервный тик приподнимает мою верхнюю губу, но я держу себя в руках и спокойно отвечаю:

– Вчера звонила твоя мама, – резко переключается крестная, и теперь я готов в окно выпрыгнуть, лишь бы не слышать продолжения. – Мне так жаль.

– С ней все будет в порядке, – цежу я.

– Конечно. Конечно, будет, Дань. Мы все этого ждем.

– Слушай, рад был тебя увидеть, но мне нужно…

– Да, иди. Больше тебя не задерживаю.

Колочу боксерский кожаный мешок что есть сил. Пот застилает взгляд, горло и легкие горят. Отдаюсь ярости на все сто процентов, отключаясь от реальности. Не знаю, сколько проходит времени, но когда я прихожу в себя, то в тренажерном зале уже никого нет.