Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Понимаешь? Сам! Следи в оба глаза. Если княжича упустим, соляная шахта нам за счастье великое покажется.

Ночь была морозной и лунной. Россыпь ярких звезд на небе говорила, что и завтра тоже мороз будет. И вроде равноденствие уже скоро, а все одно зима не отпускает. Святослав изрядно замерз и теперь приплясывал, дуя на замерзшие ладони. Да где же эта сволочь? Не до утра же его ждать? Он стоял у той же поленницы дров, тайком улизнув из казармы. Скрип снега раздался в оглушительной тишине ночи. Даже собаки в соседней веси не брехали, до того было тихо.

— Чего в темноте стоишь? — недовольно спросил Борич, углядев фигуру Святослава.

— Наставников боюсь, — еле слышно ответил тот. — Иди сюда скорее! Тебя же за милю видно.

— Ну, давай! — протянул ладонь Борич.

— На! — Святослав изо всех сил ударил его ногой в пах, и пятнадцатилетний парень со стоном опустился на снег.

— Су… Сука… Конец тебе! — простонал он.

— Конец? — нехорошо посмотрел на него Святослав. — Лаврик, чего ждешь?

Лучший друг, сияющий улыбкой до ушей, раскрутил полотенце, в которое был завернут камень, и врезал с размаху по голове Борича.

— Не убил? — Айсын, неимоверный красавец по меркам исчезнувшего народа хуни, наклонил к упавшему вытянутую голову. Любящие родители еще в колыбели сдавили его череп дощечками, чтобы никто не мог усомниться в знатности их отпрыска. Он нащупал ниточку пульса на шее. — Живой, гад! Потащили его, парни!

Мальчишки подтащили бесчувственное тело к колоде для колки дров и положили на нее правую руку. Полотенце забили Боричу в рот. Вячко протянул Святославу топор.

— Твой удар, брат. Получи с него за обиду.

— Ха! — выдохнул Святослав и ударил обухом по кисти, превращая ее в крошево.

Короткий задушенный вопль едва вырвался из-под ладони Айсына, который прижал Борича к земле. Тот раскрыл глаза, затуманенные пеленой боли.

— Ты упал, — поигрывая топором, отчетливо сказал Святослав. — Ты пошел в нужник, и упал. Понял, сволочь? Или тебя в колодец бросить?

— Не… Не надо в колодец, — проскулил Борич, наливаясь ужасом Что-то такое увидел он в глазах десятилетнего мальчишки, который в этот момент смотрел на него взглядом взрослого мужа. — Упал я… Не скажу никому…

— Ну, иди тогда, — приказал Святослав. — Чего разлегся?

— Я богам жертвы принесу, — сказал Хотислав, сдвигая кубки с ротным, которого тоже ощутимо потряхивало. — Овцу! Нет! Быка прикажу зарезать! Чуть ума не лишился, пока из-за этой поленницы смотрел!

— Я, когда попервой со щитом встал, и на меня ляхи налетели, то в штаны надул, — честно признался ротный. — Но сегодня куда страшнее было. Слава богам, пацаны выкрутились. Молодцы, ничего не скажешь. Будет толк.