Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Об этом в плане князя ничего сказано не было.

— Может, все-таки перемирие объявим? — почесал он голову. — Вдруг заберут своих-то? Клятву на мече дадим, что стрелять не станем.

— Мертвых забирать не будем, — решительно сказал Дагоберт, лихорадочно поблескивая воспаленными глазами. С того штурма прошло уже два дня, и он не спал ни минуты, проводя время в одиночестве. К нему и не пускали никого. Король беспробудно пил и бил морды слугам. И вот теперь он немного пришел в себя.

— Пусть у них там моровая язва начнется.

После такого удара король словно постарел лет на десять. Молодой, пышущий здоровьем мужчина осунулся, а около углов рта залегли горькие складки. Он крепился изо всех сил, кожей ощущая недобрые взгляды своих воинов. Король у франков — это вождь. А если он потерял воинскую удачу, значит, неугоден такой вождь старым богам. Так думали многие, даже те, кто регулярно ходил в церковь. Это было впитано с молоком матери, и лишь столетия веры в божественность власти длинноволосых королей еще удерживали воинов от бунта.

— Нас на копья взденут, ваше величество, — выразил общее мнение герцог Вандалмар, а остальные поддержали его согласным гулом. — Надо договариваться с вендами. Не годится добрых воинов собакам и воронам оставлять, словно падаль. Не по-людски это, они храбро бились.

— Хорошо, — с каменным лицом ответил Дагоберт. — Вот ты туда и поедешь. Сихарий уже один раз с ними поговорил, едва жив остался.

— И поеду, — глядя ему прямо в глаза, ответил герцог. — Воин воина всегда поймет.

— Что у нас с едой? — спросил вдруг Дагоберт, уходя от внезапно ставшей неприятной темы.

— Плохо, — коротко ответил другой герцог, Хайра, высокий и худой на вид. Но вид его был обманчив, герцог был искусным бойцом. Герцогство Дентелен, что было на севере Франкии, давало только таких воинов, суровых и не избалованных щедрым южным солнцем. — Венды на наши обозы нападают. Чтобы зерно сюда провезти, по четыре сотни воинов в сопровождение даем. Да и то людей теряем много. Они нас из засад, словно оленей бьют, а потом в башнях своих прячутся. А мы, король, и знать не знаем, что с этими башнями делать. То ли сидеть около них, пока они там от голода не сдохнут, то ли зерно в лагерь везти. Так мы это… зерно везем, потому что вперед них с голоду сдохнем. Уж больно у них там рожи сытые.

— В округе еще хуже, — хмуро поддержал его Арнеберт, герцог Бордо. — Воины несколько раз бочонки с отравленным медом находили. Но хвала святому Мартину, пили сами, и не делились ни с кем. Два десятка потеряли всего.

— У меня несколько человек от Антонова огня сгорели, — хмуро продолжил Хайра. — Ноги в какую-то ловушку попадают, а пока вынем, ниже колена вместо мяса клочья кровавые висят.