Последний Паладин (СИ)

— То есть ты нам солгал, Жора, — резюмировал одноглазый с крупнокалиберной винтовкой на плече.

Вооружение бандюганов только внешне казалось мусором, а на самом деле ничуть не уступало имперским воякам на КПП. Как минимум половина висящих магазинов имела стихийный отклик, а тесак был целиком выкован из иномирного металла.

Бандюги и сами были одаренными, хоть и весьма посредственными.

— Ничего я не врал! — спохватился торгаш, судорожно тыча в меня пальцем, — на глаза-то посмотрите! Конечно, он пустой!

— Лжешь, собака! — зарычал амбал с почерневшей кистью и пошатываясь поднялся на ноги, — посмотри, что ты сделал! Да я тебя… — замахнулся он целой рукой, но тут поймал мой взгляд и испуганно отступил назад к своим дружкам.

Зачатки мозга у него все же имеются.

Торгаш тут же суетливо отбежал следом за ним и невозмутимо швырнул обратно врученные купюры.

На миг я даже расстроился, что проводнику оторвут башку раньше, чем я успею его допросить, но ничего не произошло.

Однорукий амбал с лицом терпилы принял деньги обратно, а вперед всех медленно вышел последний бандюган в деловом костюме с кроваво-красным галстуком.

Этот разительно отличался от своих коллег абсолютным спокойствием и презентабельным внешним видом. Словно он не на сходку в лесу пришел, а на статусный светский прием. Да и вместо дряхлого грузовичка за его спиной стоял левитирующий черный седан с открытым багажником, доверху забитый металлическими контейнерами.

— Занятная вещица, — не отводя взгляда от моей руки, хмыкнул галстук, — Жора я его беру.

— Мы так не договаривались! — болезненно возразил однорукий.

— Нахрена тебе раб в столице? — недовольно скривился лысый.

— Да, Кай, имей совесть! И так все цацки себе сгреб! — обиженно скосился патлатый на контейнеры.

— Не сгреб, а купил, — брезгливо бросил Кай, — здесь вам не благотворительный фонд. Хочешь товар, предложи больше.

— За этого щегла я заплатил первым! — тряхнул почерневшей кистью амбал, — он мой по праву!

— Жора? — равнодушно поднял бровь Кай.

— Деньги были вручены до завершения торгов и возвращены в полном объеме, товар еще продается, — тут же отозвался мерзким голоском торгаш.

— Сто тысяч, — объявил свою ставку галстук и сунул дипломат в трясущиеся руки Жоры.

— Продано! — подавился от радости торгаш и тут же склонился в почтительном поклоне.

Остальным оставалось лишь недовольно скривиться. Особенно был недоволен однорукий, отчаянно желающий мне отомстить. Однако делать этого в одиночку он почему-то побоялся. Да и в глаза мне не смотрел. Ссыкливый мститель какой-то.

— Забирать-то покупку будете или так и продолжите сиськи мять? — заскучав, крикнул я.