Правь Амбером!

Голова откатилась в сторону и остановилась у моих ног; невидящий взгляд мертвых глаз устремился на меня, словно бы упрекая в измене.

Я проглотил вставший в горле комок и отступил на шаг. Окружавшие меня солдаты принялись кричать и стенать.

– Это он виноват! – выкрикнул кто-то, указав на Эйбера.

– Я? – Мой брат с упрямым видом скрестил руки на груди. – Да ты свихнулся! Это все кольцо!

– Нет никаких доказательств, что мой брат знал об этом! – сказал я. – Кольцо могло быть отравлено давным-давно, или на него могли наложить чары...

– Убийца! – закричал Нокс.

Он выхватил меч; лицо его залила смертельная бледность.

Я положил руку на рукоять своего меча и предостерегающе рыкнул:

– Мы все – друзья! Мы связаны договором!

– Предатель! – выкрикнул кто-то еще. Новые мечи засверкали на солнце. Меня пробрала дрожь.

– Вы ошибаетесь! – отчаянно воскликнул я. От моего брата много можно было ожидать, но я не мог поверить, что он решил убить короля Утора и меня.

– Дайте мне сказать! – крикнул он. – Пожалуйста, дайте мне сказать!

Гомон стих. Я перевел дух. Ситуацию еще можно было исправить. Я надеялся, что Эйбер сумеет убедить людей Утора в нашей невиновности.

Я принялся обдумывать различные возможные варианты. Если получится объединить их всех под моим знаменем... если я смогу повести их против Лорда Зона...

– Я не знал, что это кольцо убьет его! – громко произнес Эйбер. – Я – всего лишь посланец!

– Ты принес послание? – удивленно спросил я.

– Совершенно верно. – Эйбер сглотнул, потом взглянул мне в глаза. – Лорд Зон передает привет. Спасибо, братец.

И, виновато пожав плечами, Эйбер отступил на шаг и исчез во вспышке пламени.

А я остался стоять, разинув рот, ошеломленный словами и поступком Эйбера.

Он предал нас. Предал меня. Я не мог в это поверить – и однако же, теперь все встало на свои места.

Сколько он уже работал на Лорда Зона?

«Давно», – подсказал мне внутренний голос.

Должно быть, это именно он провел убийцу в мои покои в Джунипере. И, должно быть, это именно он раскрыл королю Утору местонахождение первого...

Все это время он работал на обе группы наших врагов.

Вокруг начал нарастать гомон.

– Тихо! – крикнул я. – Нам нужно...

Гомон сделался громче. Засверкала сталь – люди Утора схватились за оружие.

Я понял то, чего не почувствовал прежде, —что они твердо намерены заполучить мою голову наряду с головой моего брата. Только у брата хватило ума удрать.

Тут раздалось пение труб – не тихие, скорбные ноты, приличествующие кончине короля, а резкий, отрывистый сигнал тревоги. Поднялся крик, все кинулись к оружию. Придворные Утора замешкались и принялись оглядываться со всевозрастающим беспокойством.

– Нападение! Враги! – донесся крик часовых. – К оружию!

– Берегись! – закричал кто-то.