Правь Амбером!

Мое кольцо предупреждающе запульсировало. Я нырнул в сторону за миг до того, как услышал позади знакомый щелчок спущенной тетивы арбалета.

Конечно же, это был Эйбер. И конечно же, он только что выстрелил мне в спину.

Я развернулся – никогда еще я не двигался так быстро – и метнул свой меч в Эйбера. Меч вонзился в правое плечо и пришпилил Эйбера к дереву. Эйбер завопил от боли.

К сожалению, в результате всего этого я оказался безоружен.

Усмехаясь сквозь боль, мой двойник двинулся вперед, держа меч наготове. Я быстро выхватил нож и принялся пятиться.

– На колени, – приказал он мне.

 – Подними голову. Я сделаю это быстро – одним ударом. Ты хорошо дрался и заслужил это.

– Оглянись, – сказал я, устремив взгляд поверх его плеча. – Ты еще не победил.

Двойник заколебался. Конечно же, за спиной у него ничего не было, но, когда то же самое сказал Эйбер, у меня за спиной находился он. Стоило ли рисковать?

Он знал, что сейчас преимущество на его стороне. А для того, чтобы проверить, есть ли опасность, достаточно было и секунды. Но когда он бросил взгляд через плечо, я швырнул нож ему в голову. Он отбил нож мечом, но за это мгновение, пока его рука была поднята, я приблизился к нему вплотную.

Настолько близко, что меч уже не мог ему помочь.

Я отбросил его, врезав как следует. Он упал – шлем слетел и откатился в сторону, – а я прыгнул на него сверху. А потом принялся изо всех сил молотить его по лицу. Он не кричал – лишь вертелся, пытаясь вырваться, пока я лупил его. Я остановился, когда острые обломки его черепа начали резать мне костяшки.

Тяжело дыша и пошатываясь, я поднялся на ноги. Внезапно меня охватило изнеможение, как будто драка продолжалась много часов. Я медленно повернулся.

Эйберу за это время удалось выдернуть меч из дерева и из плеча. Но вот удержать его в руках он уже не мог, хотя и пытался. Руку его свела судорога, и меч выпал из разжавшихся пальцев.

И когда я увидел, как он стоит, мрачно и упрямо, с зияющей, кровоточащей раной в плече, меня вдруг поразило, насколько же он на самом деле жалок. Он никогда не оправдывал отцовских ожиданий. Он убил короля Утора. И теперь я был абсолютно уверен, что он, по крайней мере дважды, подсылал убийц ко мне.

Но, несмотря на все это, он до сих пор нравился мне.

И дело было не в заклинании. Он действительно мне нравился – и потому убить его было очень трудно.

Эйбер упал на колени и улыбнулся своей кривоватой улыбкой.

– Я полагаю, пытаться объясниться уже слишком поздно?

– Да, – сказал я и подобрал свой меч.

– Я все еще могу быть полезен, – сказал он. – Я тебе нужен, Оберон.

– Что случилось с Фенном? – спросил я.

– Другой Оберон несколько... перестарался, допрашивая его. Он не поверил рассказу Фенна про медленный яд.

– Да. Вот видишь? Я могу быть полезен. Я тебе нужен.