Правь Амбером!

 – Только не это! Не снова!

Я судорожно сглотнул. У меня в горле встал комок размером с кулак. Я не мог поверить, что все это происходит со мной.

Эльнар был для меня почти как отец. Я глубоко чтил его... изо всех сил старался быть похожим на него. Из всего, что случилось со мной, – изо всех ужасов, какие мне пришлось повидать после того, как я покинул Илериум, – смерть Эльнара ударила по мне больнее всего.

Убив его, адские твари насадили его голову на шест и поставили перед въездом в Кингстаун. Когда я вернулся туда, голова короля заговорила со мной. Каким-то неимоверным образом магия сохранила в ней жизнь.

Голова осыпала меня оскорблениями и принялась призывать адских тварей, чтобы те пришли и убили меня.

Это был один из худших моментов в моей жизни.

Конечно, в глубине души я знал, что на самом деле это говорит не король Эльнар, но его слова по-прежнему ранили меня, как не ранил бы никто иной. Я знал, что предал его доверие. Я знал, что бросил его в час величайшей нужды. Из-за меня он умер. Умер ужасной смертью.

Нет, возразил себе я. Не из-за меня. Из-за мерзкой магии Хаоса.

Я глубоко вздохнул, заставляя уняться потрясение и отвращение.

Адские твари создали жуткое подобие прежнего короля Эльнара. Та голова на шесте не была моим сеньором и другом. Равно как и это лицо в дереве тоже не было королем Эльнаром. Это была мерзость, сотворенная магией, – мерзость, которую следовало возненавидеть и уничтожить.

И все же... у нее было лицо короля Эльнара...

Пока я смотрел на дерево, знакомые голубые глаза уставились на меня. Деревянные губы разомкнулись, и из них вырвалось рычание.

– Ты! – простонало это существо голосом Эльнара.

 – Я знаю тебя! Ты сделал это со мной. Убийца! Предатель!

Я глубоко вдохнул и резко, с силой выдохнул.

– Ты ошибаешься! – сказал я. Отрубленная голова на шесте – тогда, в Илериуме, – говорила практически то же самое. – Вспомни, что произошло на самом деле. Загляни в себя. Ты поймешь правду.

– Предатель! – выкрикнула голова. Губы ее искривились в болезненной гримасе. – Убийца! Палач!

Я отвернулся. У меня жгло глаза, а в голове стучало. Что ж мне так не повезло-то? Почему единороги так поступили со мной? Может, они хотели за что-то меня наказать?

Нет, единороги тут ни при чем.

.. Я вдруг осознал, что во всем виноват Эйбер. Я вернулся в Джунипер с шестом, на который была насажена голова короля Эльнара. Эйбер забрал шест. Позднее, когда я попросил у него посох, Эйбер достал его для меня – как раз вот этот... и, на мое несчастье, он вручил мне все тот же злополучный шест.

А единороги с их жизнедающей магией каким-то образом вдохнули жизнь и в посох, и в короля Эльнара, но объединили их в одно целое. Определенный смысл в этом был.