Правила бунта

Он заставил меня почувствовать себя такой особенной, что я размечталась, будто была единственной девушкой, которая его когда-либо интересовала. И этот чертов акцент. Он пролез мне под кожу, Элли. Клянусь, я всегда гордилась тем, что умнее тех глупых девчонок, которые ведутся на красивых парней с несколькими дрянными способами подката. Я должна была это предвидеть. Должна была раскусить его за милю, но он совершенно ослепил меня.

— Я хранила себя. Раньше я даже не позволяла парню задеть мою гребаную коленную чашечку указательным пальцем. Я была девственницей. И я говорю о реальной девственнице.

Никакого опыта вообще. А потом, тихо и спокойно, появляется Лорд Дэшил Ловетт Четвертый со своим гребаным фамильным титулом, манерами и грацией, смотрит мне прямо в глаза и говорит, что любит меня, и я просто...

— Я просто раздвинула свои чертовы ноги для него, как будто это ничего не значило. Через два дня он попросил меня встретиться с ним в обсерватории после обеда. Я так радовалась тому, что увижу его, поцелую, скажу ему, что потеряла голову от любви к нему... и вот я захожу, и нахожу Амалию Гиббонс на коленях с его членом во рту.

Полагаю, это одна из версий событий. Отредактированная. Немного приукрашенная. Отдаю должное ее гиперболам и метафорам. Я обидел ее так сильно, что она заслуживает того, чтобы звучать как стерва. Я мудак. Но почему Карина преуменьшает количество времени, которое мы провели вместе? Она сжала два месяца, которые мы провели вместе, в два дня.

Сидя напротив Карины, Элоди издает испуганный звук. Кэрри продолжает свой рассказ. Она плачет, что в какой-то момент заставило бы мой член затвердеть. Уже нет. Такое чувство, будто мне выстрелили в грудь.

Жаль, что я не могу вернуть все это обратно. Лучше бы я никогда не слушал Олдермена. В «Косгроув» этот человек был таким разумным, но, видя, как плачет Кэрри, я начинаю думать, что был гребаным идиотом, позволив ему забраться в мою голову.

— И знаешь, что самое худшее? — Кэрри смахивает слезы. — Хуже всего было то, что ему было все равно. Он ничуть не смутился. Не пытался оттолкнуть ее от себя, не подтягивал штаны и не бросился за мной. Он увидел меня, стоящую в дверном проеме, увидел боль и шок в моих глазах... и он, черт возьми, рассмеялся.

Он сказал… — Она прочищает горло. — Он сказал: «Похоже, я допустил ошибку в расписании. Можешь вернуться через час? К тому времени я должен быть готов ко второму раунду».

— Вау. Какой невероятный мудак.

Я киваю, потирая челюсть. Не могу не согласиться. Элоди и Карина продолжают разговаривать, а я продолжаю подслушивать. И держу язык за зубами, пока новенькая не заявляет, что меня, вероятно, настигнет карма и сделает меня бесплодным. И вот тогда приходит время положить этому конец.

— Боже. Очень надеюсь, что нет.