Правила бунта

— Я жму на тормоза и выбегаю из машины. Через миллисекунду я держу ее в своих объятиях. Ее кожа пепельно-белого цвета, веки закрыты, губы мертвенно-голубого оттенка. Девушка выглядит мертвой.

Но затем ее рука слегка дергается, и мой смертный приговор смягчается, по крайней мере, на данный момент. Как бы она ни была слаба, сейчас она все еще жива. И я не позволю ей, черт возьми, умереть. Ни за что. Я кладу Кэрри на заднее сиденье «Чарджера», ненавидя себя за то, что мне приходится ее сажать.

— Садись в машину, Рэн! Прямо сейчас, мать твою!

— Я в порядке.

Просто возьми ее. Не жди скорую помощь. Езжай! — Он пытается отмахнуться от меня, но я мельком оцениваю состояние своего друга, и совершенно ясно, что Рэн тоже ранен.

Парень падает на одно колено, его силы слабеют, и я вижу ужасные раны на его предплечьях — глубокие, зияющие рваные раны, из которых сочится слишком много крови. Я захлопываю дверцу, ругаясь сквозь зубы.

— Немедленно садись в эту чертову машину, Джейкоби. Ты стоишь одной ногой в могиле.

— Я… правда… я... в порядке…

Я подхватываю его, чтобы он не упал и не потеряел сознание.

Запихиваю его на пассажирское сиденье и через две секунды оставляю Мерси и Элоди на обочине дороги. Не очень по-джентльменски с моей стороны, учитывая тот факт, что Фитц все еще где-то там. Но я верю, что этот ублюдок еще какое-то время будет отбиваться от Распутина. С запахом крови в ночном воздухе, это будет только вопрос времени, когда появятся и другие — Дым, Сумрак, Снег и Чернила — рыщущие в ночи в поисках того, что пахнет так сладко и уязвимо.

Рэн возвращается к жизни, дергаясь на пассажирском сиденье рядом со мной.

Бросаю быстрый косой взгляд, чтобы проверить его. Мне бы хотелось проверить, как там Кэрри, но я еду на бешеной скорости по неровной горной дороге и не хочу врезаться в ограждение и убить нас всех после того, как чудесным образом нашел их.

Глаза Рэна закатываются. Он стонет, его дыхание прерывается.

— Эй. Эй! Не спи. Скажи мне, что, черт возьми, произошло?

Парень потерял слишком много крови, чтобы связно говорить.

— Ты молодец, парень. Ты вытащил ее оттуда. Теперь уже недолго осталось. Еще пара минут, и мы будем в больнице.

— Надеюсь, это займет всего пару минут. Я не знаю, сколько времени осталось у Кэрри. Она была такой холодной в моих объятиях. Такой безжизненной.

— Мне не следовало этого делать. Я не должен был с ним связываться, — шепчет он. — Мне очень жаль. Мне действительно... чертовски жаль.

Он говорит о Фитце. Однако сейчас не время кричать на него за его ошибки, поэтому я сосредотачиваюсь на дороге и пытаюсь не дать ему уснуть.

— Не беспокойся об этом сейчас. Элоди скоро приедет.