Предатель. Осколки счастья (СИ)

К кому можно будет подъехать с вопросами?

Инна — белокурая нимфа. Вот уж когда говорят, что внешность обманчива. У Инны лицо с обложки журнала и хватка битого волка. Под пухлыми губками стройный ряд клыков. Не замужем. Хороший вариант для корпоративной дружбы. Инна, правда, острячка ещё та. Ни в чём ни уступает своей начальнице.

Мой взгляд поплыл дальше.

Коротко стриженая Вика. Характер и нрав чуть мягче. Внешностью напоминает мне Лану, только волосы у моей подруги длиннее. Красивая и ухоженная, в шикарных шмотках из бутиков, окутанная тонким дорогим ароматом. Все средства тратятся исключительно на себя. Вика приезжает и уезжает с работы на красивой машине. Пьёт исключительно дорогой арабский кофе и сморит на всех свысока. По крайней мере, на меня.

Я вздохнула. Это я здесь белая ворона. Без жилья и практически без какого-либо имущества, не считая вещей, белоснежного кухонного стола и комода, которые я забрала из своей квартиры…

Я, посматривая на них, завидую и тоже мечтаю. Нет, даже знаю, что когда-нибудь мы с Машей поедим в детский сад на красивой машине, а не будем толкаться в общественном транспорте. Сегодня меня ожидает тот же сценарий, что и вчера. Автобус, детский сад и опять автобус уже другого маршрута. И измученные лица вокруг. Утром мне помогает мой неизменный верный друг, и мой маршрут на работу, благодаря Лане, чуть короче. Но так бывает не всегда.

Мы вышли из автобуса с Марией и топаем по дороге к большому многоквартирному дому. Яркие фонари уже вовсю подсвечивают нашу дорожку к красивому монолиту с несколькими детскими площадками, разбитым небольшим парком и собственной стоянкой. Квартира у Ланы — вверх ожиданий. Я могу пока только мечтать о таких апартаментах. И бог знает, сколько времени пройдет, прежде чем я поверну в замочной скважине ключ от входной двери своего жилья. Откуда меня никто не выгонит или, по крайней мере, не создаст условия, чтобы я собрала свои вещи и удалилась сама за два дня.

Маша старается схватить снег руками, одетыми в уже мокрые варежки.

— Машунь, заболеешь. Нельзя, — одергиваю дочку от очередной попытки загрести снег.

Машка только весело смеётся на мои предостережения, и я улыбаюсь в ответ на её веселье. До подъезда теплой квартиры несколько шагов.

— Олеся! — Позвал меня знакомый баритон.

Я вздрогнула и повернулась на окрик. Борис Григорьевич мялся на тротуарной дорожке, переминаясь с ноги на ногу в своих легких ботинках.

— Мне нужно с тобой поговорить, — догоняя меня, Борис Григорьевич хватает за руку.

— Мне от вас ничего не надо. Просто оставьте меня в покое, — я резко одёрнула руку.

— Я был не в курсе ваших дел с Андреем. Мне обо всем поведал судья, которая ведет ваше дело.

— Машка никому не нужна.