Пробудившая пламя

А мы тем временем уже ехали по территории "самой богатой части оманлира".

Дороги уже были настолько разбиты, что, только сильно приглядевшись, можно было понять, что здесь когда-то было всё выложено каменными плитами, остатки которых иногда торчали. Да кое-где полусгнившие перила, торчащие из земли, вот и всё, что осталось от " Императорской дороги".

Со всех сторон дорогу обступили деревья, корни которых пробивались мощной сетью на поверхность. Довольны были только гронхи, у них было столько места для охоты и беготни, что они, кажется, решили обеспечить добычей весь наш большой отряд.

Проехали мы и первое поселение. Ну, что сказать? Не шатающийся квартал и уже хорошо. Но впечатление осталось гнетущее. Одни обваленные какие-то муравьиные ходы по холмам вдоль дороги, с торчащими наружу балками, чего стоили. Оказалось, что это именно так добывается тот самый марион. Копатели прорывают просто километровые ходы под землёй, местами укрепляя их досками и камнями. Ходы эти небольшие. Добытчики сгибаются в три погибели, передвигаясь по этим ходам на карачках или вовсе ползком. Вода за осень и зиму обваливает эти проходы, оставляя такие страшные траншеи.

За сезон, добытчики добывают всего несколько камней, ползая всё это время под землёй.

На привале Дираф опять подошел к нам.

– Лари, я думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что происходит что-то совсем не то. Я настаиваю, чтобы вы вернулись в столицу. Под опеку императора. – Дираф был очень серьёзен.

– Мастер Дираф, я подозревала, что всё совсем не так радужно, как вы нам тут расписывали. И я уверена, что и дворец придётся приводить в порядок, чтобы в нём можно было жить.

– Улыбнулась я. – Я была в бедных кварталах столицы, видела, как приходят сборщики налогов, как вытрясают последнее. То, что с земель Геликарнак поступает огромная сумма налогов, означает только то, что сборщики здесь особо лютуют. Поэтому я к этому готова, и возвращаться обратно, где в любой момент нас могут отравить или сжечь заживо. Я хочу воспитать детей нормальными людьми и дать им возможность вырасти спокойно.

– Лари, то есть вы продолжаете настаивать, что вы остаётесь здесь? – спросил, сжав кулаки, Дираф.

– Да, я продолжаю на этом настаивать. – Сложила руки на груди я.

– Отлично, лари. Значит, я и мои личные воины остаются здесь. – Упëрся молодой мастер.

– Как это остаётесь? В каком смысле? А что скажет император, когда всё узнает? – удивилась я.

– В самом прямом смысле мы остаёмся. Будем жить рядом с вами. И вот действительно, я не знаю что именно скажет император, когда ВСЁ узнает, но уверен, что главное, чтобы в этот момент женщин и детей поблизости не было. – После этого он развернулся и ушёл.