Пробудившая пламя

– Но на самом деле, зелёный бархат был намотан поверх рулона белой ткани. Это просто два больших куска. Платья из них не выйдет. Будет видно, что это просто собрали остатки, и сшили вам платье из лоскутов! Ткань конечно очень дорогая, но рискнёте сшить себе из неё что-нибудь и выставите себя на посмешище! Так что подарок без подарка.

– Да ещё и наверняка к возвращению омана Берса кому-нибудь из наложниц, что он выделял, сошьют платье из зелёного бархата, а второй из белого. И будет выглядеть так, что вы, лари, после наложниц обрезки подобрали. – Вскипела и Фарли.

– Да? А подскажите мне девушки, кто у нас хорошо шьёт? И возможно ли сшить из этих кусков платье на девочку и короткий кафтан мальчику? – решила поделиться пришедшей мне в голову идеей.

– Мы обе шьём. Даже майриме обшивали, пока вы нас не забрали. – Заверили меня девушки. – На детское платье и килет мальчику хватит с избытком.

– Ну, платье не совсем детское. Давайте пересчитаем монеты, а потом я нарисую, что задумала. – Я договорить не успела, как у меня под рукой оказалась пачка бумаги и привычный мне карандаш.

Тонкий угольный грифель был плотно обмотан бумагой.

Её надо было постепенно отматывать и затачивать грифель. Но пользоваться им было вполне удобно. Девчонки сами загорелись любопытством, уж очень им хотелось поломать планы майриме и ожидающих потехи наложниц. Им ведь тоже было нелегко, когда их госпожа ничего не значила и была вечным объектом для издевательств.

Монет оказалось действительно восемьсот. И это было целым состоянием. А вот потом, я села рисовать платье принцессы из сказки. Пышный, разрезной рукав, клином от плеч и до талии вырез, открывающий корсаж из бархата другого цвета.

И расходящаяся пышная юбка. Край подола, манжеты рукавов, пояс и край корсажа я планировала украсить вышивкой. Уже в процессе рисования мне пришла в голову замечательная идея.

– Девочки, а где мы сможем взять белый и зелёный бисер? И ювелирную иглу для вышивки? – спросила я.

– На торговой площади. Можете поручить нам, или взять сопровождение и сходить сама. – Ответила Гульниза, не отводя взгляда от моего рисунка.

– Предложу детям, заодно и посмотрим, что там за памятные площади.

– Внесла предложение в её идею.

На втором листе я рисовала что-то среднее между кафтаном и военным кителем. Воротник-стойка с острыми углами, как на привычных в моём мире "косухах", строгий прямой рукав, чуть приталенный силуэт.

– Вот тут, на внутренней стороне и на отворотах, должен быть зелёный бархат. А с внешней на вороте и манжетах вышивка, как на платье сестры. Сможем? – замерла я в ожидании их ответа.

– Тут в принципе сложностей немного. Но вид непривычный. И необычный. – Сказала мне Гульниза.