Проект Деметра

– Не выходит, – мотнул головой Радиш. – Он страж, это рефлекс. Эберхайм – враг, это тоже у все рефлекс. Представь перевербовку Лири. Обхохочешься. Да и зачем стражу тащить ее на верхушку скалы? Есть что слить – сказал бы тут же. Нет, она прет наверх, получает какую-то важную информацию и с ней летит вниз.

– Н-да, неувязка, – потер затылок Самер. – Опять же, если он перебежчик, предатель, то тянет на скалу чтобы убить…

– И сидит рядом в ожидании, когда его возьмут, – кивнул Радиш. – Очень реалистично!

– Не издевайся, у меня уже мозг кипит, а толку нет. Раз такой умный, скажи свою версию.

– Это очевидно – она встречалась на скале с тем, кому важно было встретиться с ней именно там и именно с ней. И не для убийства. Она была одна, Лала видела стража и ушла. Он не скрывался. Ему тоже нет резона ее убивать. В конце концов, просто бы шею свернули.

– Ой, при желании и тебе свернуть не проблема.

– Ну, да, – вздохнул. -- Вернулись откуда пришли?

Радиш сел на корточки возле стены, губы надул и руки лодочкой сложил в раздумьях.

– Проще, конечно, спросить у Эрлана. Но раз Эрика исключила его из уравнения, но поставила главным знаменателем, значит, он не должен знать, что знала они и знаем мы.

Не должен почему? Он – враг? Бред. Хотел бы – убил раз сто. Тогда что? Допустим, он узнает, что мы знаем, что он убил Тихорецкую, и что возможно его дядя и наш незабвенный Стефлер – один тип. Что будет? Стуканет Стефлеру? И? Что должно следовать? – развел руками.

Самер прошелся мимо пару раз, хмуря брови.

– И так, хронология событий. Эра встречается на скале неизвестно с кем, но с тем, кто внизу встретиться с ней не может. Узнает что-то, причем заметь, верит. Падает, разбивается и, понимая, что умирает, выдает мне три слова.

Именно мне и именно "Эрлан убил тихо". Если допустить, что мы поняли верно, что Эра просто не успела договорить, то ключевое событие важное – это убийство Тихорецкой и Эрлан, как ключевая фигура. И он не должен знать, что мы это знаем.

Радиш развел руками:

– Это в точку, но не по существу. И так – Эрлан убил Тихорецкую, причем дезактивировал. Значит, знал, что она биоробот, знал, как ее отключить. Теперь мы знаем, что он это знает, но что плохо в том, что он узнает, что мы это знаем?

– Не запутался? Восхищен твоим умением внятно выражать мысли!

– Опустим, – отмахнулся Самер.

– Ты не думал, что она просто пощадила Лой?

– Ага. Вот точно, – кивнул и чуть склонился к другу. – От чего? Маму, бога! От стыда за то, что замочил робота? Или боялась, что мы ему морду набьем за то, что он лишил нас возможности переправится обратно?

– Почему нет? Моральный кодекс, все такое.

Самер притих, с сомнением поглядывая на мужчину. Тот скривился:

– Слушай, давай Вейнера позовем. Две головы хорошо – три лучше. А то мы уже час в трех елках плутаем.