Проект Деметра

Вейнер помолчал – горло перехватило и пелена красная перед глазами пошла. Насилу с собой справился. Очень хотелось схватить ее как одалиску из древности и взять прямо здесь и сейчас, на глазах этого черного истукана, чтоб видел и знал, кому она принадлежит.

Но в том и заковыка – не ему точно. Было, но как сон только в памяти и клубится.

– Еще одного приворожила? – брякнул и все-таки встал, вытянулся буквально вплотную к незнакомцу, только как не был высок, а макушкой тому в нос упирался, и пришлось голову задирать.

– Вейнер, – бросил ему через паузу, проверяя примет ли вызов – нет, сволочь, даже бровью не повел, и смотрел все так же – как на забавную блоху.

Губы мужчины разъехались в улыбке. А в глазах откровенное ржание стояло. И вскоре хохот разнесся по комнате.

– Забавный ты, – поправил ворот рубахи мужчине, похохатывая. – Даже имя девушки не знаешь, а женихаешься. Муж-то ее не смущает?

Это было слишком и как забрало упало на глаза. Вейнер схватил насмешника за грудки и… Оказался прижатым к стене четко и легко. Локоть упреждающе давил на горло, а рука была зажата так, что дернись и превратится в хлам.

– Слушай сюда, щенок, – протянул тихо и спокойно, даже лениво, как будто лекцию на скучнейшую и банальнейшую тему начал читать. – Эйорика тебе не пара. Сам запомни и своему уроду – брату передай.

Развернул к дверям лицом и наддал.

Вейнер вылетел, вышибая двери и впечатался в стену.

И притих, обалдев – давно его, как пацана не кидали.

Оттолкнулся, вернулся – Кейлиф чудом отойти успел – и застал только Эрику. Та приподнялась, глядя в окно, и вот на Шаха уставилась, у виска покрутила и легла. Тот к окну – никого.

– Так он через окно к тебе прыгает, – прошипел. – Хорошо устроилась…

– Замолчи и проваливай, – укуталась в тану. Нет! Значит, при этом дубе выставилась, а как ушел, так по уши укрылась?

Вейнер как ослеп и оглох, разум потерял – рванул тану на себя.

Ночь спускалась на город, и гнала Эрлана в одном направлении – к Эйорике. Хотелось если не поговорить с ней, так хоть увидеть. И мечталось, что коснется ее и в глазах отзыв на свое желание увидит, и ее влажные, сладкие губы отдадутся во власть его губ. Одна ночь осталась, всего одна.

На площадке меж этажами Самер и Радиш стояли, лица озабоченные, взгляды странные. Дружно уставились на Эрлана как археологи на артефакт. Мужчина, поднимаясь выше, пару раз через плечо на них покосился – как завороженные за ним следят.

Хвост у меня вырос, что ли? – вздохнул.

И замедлил шаг, видя двоих стражей у дверей, и оба так же, озабоченные чем-то.

"Отойди!" – приказал взглядом Кейлифу и тот чуть отодвинулся. Но Майльфольм стоял насмерть. Он уже сходил поужинать.