Профессия – киллер

Обещание неприятностей проигнорировали – и так было уже неприятностей выше крыши. А вот насчет перспективы оказаться наконец дома искренне порадовались.

Славик хотел вернуться в лоно семьи – это приятно, у него довольно молодая и пригожая жена и двое пацанов-погодков – то ли в пятом-шестом, то ли в шестом-седьмом классе.

А я уже больше недели не виделся с Милкой и ужасно соскучился. Кроме того, перед разборкой (точнее, перед осадой) я потратил две недели на разработку Берковича и в течение этих двух недель встречался с ней всего три раза.

Она стала нервничать, подозревала, что я завел себе левостороннюю. И хотя я ежедневно звонил ей из офиса, но, сами понимаете: одно дело – звонки, совсем другое – живой человек, упругий, нежный и любимый…

И как только я хорошенько представил себе этого любимого человека, мне стало невмоготу. В пору все бросить к чертям собачьим, ловить мотор и стремглав лететь…

Ах ты, черт побери! Покорно прошу меня извинить. Совсем забыл рассказать о важнейшей стороне своего существования. Хотя какая в принципе разница, в какой главе об этом вам поведать? Ну да, у меня роман с Милкой, экс-секретаршей шефа…

Как я уже говорил, буквально через два дня после бурной сцены на ковре приемной Дон перевел Милку работать бухгалтером в одно из отделений фирмы на периферии, назвав это перемещение временным, необходимым по ряду причин.

Но время шло, новая секретарша, по-видимому, Дона вполне устраивала, и все оставалось на своих местах.

До апреля события текли своим чередом, я часто вспоминал про наш спонтанный коитус в не совсем соответствующих условиях, но без особого порыва.

Знаете же, как бывает. С глаз долой – из сердца вон. Нет объекта вожделения, и вожделение постепенно сходит на нет.

В первую субботу апреля я гулял с баксами в кармане по Центральному рынку – искал многоступенчатый фильтр для очистки воды.

Она купила какую-то мелочь и пошла к выходу. Многочисленные торгаши-кавказцы провожали ее восхищенными взглядами, цокали и качали головами. Знаете, наверное, как реагируют эти пришельцы на наших девушек.

Я на некоторое время застрял в проходе – впал в ступор, затем получил пару увесистых тычков от бабки с авоськами, которой перекрыл трассу, и, как зомби с введенной программой, увязался за Милкой, стараясь не сокращать дистанцию, пока она не села в троллейбус, который тут же задраил двери и поехал по маршруту.

Лихорадочно метнувшись туда-сюда, я заарканил частника и три квартала следовал за троллейбусом, пока она не сошла. Затем сунул опешившему водиле десять баксов и опять пошлепал за объектом наблюдения, держась на почтительном удалении.