Профессия – киллер

Опять секунд тридцать показ всякой всячины, затем (без голоса) экран загорается ярко-синим светом, на котором красными буквами: «Кто питается амброзией?»

– Но ведь богов нет?

И так – с вариантами, через разные промежутки времени, различными способами в течение сорока минут.

Не знаю, какими критериями руководствовались местные преподы, но в конце второго дня мне объявили, что профпригодность достаточно четко определена и, поздравляем, вы, Четвертый, попали в число немногих курсантов факультета естественной смерти.

Так я стал натуралистом…

Хочу еще раз подчеркнуть: в школе выражение «естественная смерть» имеет значение, которое отличается от общепринятого. Нельзя, разумеется, считать естественной смерть, наступившую вследствие: наезда автомобиля, удара головой во время падения, отравления пищевыми продуктами, выстрела в упор из ружья, находившегося в руках разъяренной обманутой жены, поражение током и так далее.

Однако если летальный исход наступит из-за стечения обстоятельств, которые хорошо прослеживаются, и совпадения различных факторов, которые легко объясняются, такая смерть у спецов школы считается естественной. События должны развиваться так, чтобы позже невозможно было доказать наличие какой-то внешней силы, которая тщательно готовила эти обстоятельства и факторы и умело направляла события в нужное русло. Это главное условие деятельности натуралиста…

Дни моего пребывания в школе тянулись крайне однообразно, без каких-либо выпадов из устоявшейся системы. Подъем, физкультура, завтрак, занятия по специальности, обед, прогулка, отдых, кофе, прогулка, занятия по специализации – тесты на качество усвоения и способность к анализу.

И так – ежедневно. Школа давала колоссальную нагрузку, максимально выявляя мои способности к восприятию, усвоению и анализу.

Я не раз пожалел, что не попал на бойцовский факультет или в снайперы. Не знаю, чем они там занимались, но, по всей видимости, эти ребята просто делали тяжелую физическую работу, оттачивая автоматизмы, навыки и глазомер. это, конечно, легче, чем постоянная принудительная работа мозга на грани нервного срыва.

До обеда шли лекции по специальности. Это был отдых, можно было расслабиться и вполглаза-полуха воспринимать скачущие по экрану цифры и таблицы и приятный женский голос, который молол всякую дребедень.

А после обеда и сна начинались гонки по вертикали. До ужина в мою голову втискивали ужасающий объем информации по самым различным дисциплинам, причем подача осуществлялась таким образом, что в течение всего занятия приходилось быть очень внимательным, иначе, отвлекшись случайно один раз, можно было упустить смысл целого информационного блока. Как в алгебре, по нарастающей – не освоив этого, не поймешь следующего.