Профессия – киллер

Чего же там они придумают? А впрочем, это их проблемы и они мастера, а я пока только стажер. Так что можно спокойно сидеть, дышать свежим воздухом и любоваться морским пейзажем.

В 12.00 зазвонил телефон. Я вздрогнул и оживился – оно? Или ошиблись номером? Ждал некоторое время – телефон смолк, затем спустя три минуты зазвонил вновь. Оно…

Покинув террасу, я прошлепал в комнату и взял трубку.

– Посмотри под мойкой, на кухне. Ясно?

– Кремлевские башни. Понял?

– Не понял. Какие башни?

– Потом поймешь. Запомнил?

– Практическое занятие номер 24. Повторяю: практическое занятие номер 24. Усек?

На том конце повесили трубку. Во время разговора я смотрел на часы. Диалог длился не более тридцати секунд.

Я вышел на террасу, плюхнулся в кресло и крепко задумался, уставившись вдаль. В школе мне почему-то казалось, что материал для практических занятий подбирают от фонаря, чтобы наиболее наглядно показать типичные ситуации и произвести запланированное впечатление. Выходит, я был не прав. Оказывается, это были реальные люди, которых я играючи убивал на бумаге.

Практическое занятие номер 24 я помнил наизусть, поскольку в школе меня заставили повторить его пять раз, ссылаясь на то, что я неполно изучил личность преступника и потому плохо подобрал ему естественную смерть.

Я злился, вновь и вновь вглядывался в фотографические изображения, вчитывался в экранную строку и пытался сообразить, чего хотят от меня преподаватели.

Сейчас мне предстояло провести практическое занятие номер 24 в шестой раз. Только теперь этот тип умрет не на бумаге…

Совершенно лысый мужик неопределенного возраста. Лицо гладкое с небольшим количеством морщин, высокий выпуклый лоб. Густые лохматые брови, сросшиеся на переносице, здоровенный горбатый нос – волосы из ноздрей торчат метелками. Большой рот, подковообразно изогнутый уголками вниз, квадратный подбородок, мощная шея. Вообще дядечка изрядно крепок: богатырские плечи, плоский живот (на снимке он изображен в майке и трико), сильные кривоватые ноги. И не по-человечески застывшие глаза.

Обычно на качественном снимке прослеживается движение взгляда, создавая ощущение жизни, именно потому мы легко различаем, фото это ныне здравствующего или посмертная фотография. Так вот, у этого дяди глаза НЕЖИВЫЕ. Может, это операторский трюк, не знаю.

Это не все. Руки, плечи, майка и лицо мужика забрызганы кровью. В правой руке он держит тонкий длинный нож, тоже окровавленный.

Первое впечатление во многом определяет дальнейшее отношение.