Проклятые судьбы (ЛП)

Я наложил на него заклинание обнаружения, чтобы почувствовать ее магию, когда она это сделает, но … Думаю, я должен просто радоваться, что она не сунула ключ обратно мне в лицо.

Сет печально заскулил, запустив руку в свои длинные волосы. Орион поручил нам отработать лицевые иллюзии, и я уделял этому немного внимания, в основном сосредоточившись на моем друге.

— Ну, ты же знаешь, что ей это понравится, — сказал Калеб, пожимая плечами. — Почему бы тебе просто не попросить ее пойти посмотреть это вместе с тобой?

Наступила тяжелая тишина, и на мгновение я был почти уверен, что Дариус взбесится и сожжет свой стол, но вместо этого он просто хмуро посмотрел на Калеба и ответил на его вопрос.

— Потому что, если мы наедине, звезды вызывают грозы и землетрясения, и Грифоны падают с чертового неба между нами, и черт знает что еще, чтобы разлучить нас, придурок.

— Да… но как именно это работает? — спросил Сет, решив по какой-то неизвестной причине вмешаться. — Потому что ты бегаешь с ней каждый день, и тебе это сходит с рук.

— Я не бегаю с ней. Я бегу за ней, и по какой-то причине она еще не послала меня на хуй.

Кажется, что я могу вот так находиться в нескольких метрах от нее, когда вокруг всего несколько человек, пока мы по-настоящему не общаемся. Я думаю, звезды видят в этом то, что я тоскую по ней, и довольствуются тем, что позволяют мне мучить себя.

— Значит, есть лазейки? — спросил я, не в силах остановиться. Кроме того, это был первый раз, когда он сказал нам больше двух слов о своей ситуации с Тори Вега с тех пор, как это произошло, и мне было чертовски любопытно узнать обо всем.

— Наверное, — ответил Дариус, пожав плечами.

— Например, как ты можешь разговаривать с ней, когда вокруг другие люди, как ты это делаешь в классе? — спросил Кэл, постукивая пальцем по губам, как будто пытался что-то понять.

— Да. Пока там есть еще один человек, я могу приблизиться к ней, поговорить с ней… но если я прикоснусь к ней, снова начнутся грозы и прочее дерьмо. — Дариус вернулся к своей работе, закончив разговор.

Я почесал щетину на подбородке, гадая, какого хрена звезды придумали для него такую жестокую судьбу. Возможно, в нем было много темного, но у него был дерьмовый отец и трудная жизнь.

Элизианская Пара могла бы стать ответом на все, чего ему не хватало — любовь, привязанность, преданность, но отказать ему в ней было намного хуже, чем вообще никогда не предлагать этого. И я знал, что у них двоих был выбор в этом, но шансы были серьезно против них с момента их рождения. Наследники Целестиалов не вступали в брак с членами королевской семьи. Никогда такого не было. Никогда такого не будет. Нет, если только они не хотели уступить свое место в Совете брату или сестре.