Проклятые судьбы (ЛП)

Но, в любом случае, я бы так и сделал.

— Ты бы пришел за нами, если бы нас схватила сотня нимф? — спросил я.

— Конечно, Ланселот, — пообещал он, взъерошив мне волосы. Он всегда так меня называл. Он сказал, что это рыцарь из сказки о смертных, и мне оно подходит, потому что я такой же храбрый, как и он.

— А как насчет тысячи? — Я подозрительно прищурился. Тысяча — это ужасно много Нимф.

— Без сомнения, — легко сказал он.

— А как насчет десяти тысяч? — потребовал я. Это было слишком много Нимф, чтобы справиться с ними в одиночку.

— Мой мальчик, я бы пришел за тобой, даже если бы тебя держал миллион Нимф.

— Почему? — нахмурился я.

— Потому что я люблю тебя и твою сестру. И это то, что ты делаешь для людей, которых любишь, — объяснил он, и я кивнул, мое сердце распирало. Потому что я это понимал. Я бы взял на себя миллион Нимф ради нее и своих родителей тоже. Но мне определенно понадобится настоящий меч.

Раздался стук в дверь, и я вырвался из задумчивости, поднявшись на ноги и надеясь, что Брайан не решил нанести мне визит. Он наверняка чувствовал, как мои страдания проникают в его дом, так что мне действительно нужно было запереться, пока он начал убеждать меня, что обнимашки с ним — отличная идея.

Я широко распахнул дверь и обнаружил там Габриэля с бутылкой апельсиновой Фаенты и кривой улыбкой.

— Подумал, что тебе не помешает газировка, чтобы отвлечься от бутылки бурбона, Орио.

Я издал вздох веселья.

— Ты пришел присоединиться к моей вечеринке жалости? Боюсь, ты только что пропустил воспоминание о детстве, но как раз вовремя для торта с апатией и порции музыкальных ворчаний.

Я отступил в сторону, чтобы впустить его, и он с ухмылкой выгнул бровь, входя в дом и пинком захлопывая дверь.

— По крайней мере, ты все еще саркастичен, брат, в тот день, когда ты потеряешь свое остроумие, я полностью потеряю надежду в тебя.

— Приятно это знать. — Я вернулся к дивану, плюхнулся на него, а Габриэль налил нам по стакану лимонада, прежде чем присоединиться ко мне.

Я пил сладкую шипучую газировку, пока Габриэль брал дневник Клары. В мире было очень мало людей, которым я позволил бы прикоснуться к этому, но, к счастью, он был одним из них. Иначе его лицо прямо сейчас было багровым из-за удара моего кулака.

— Не читай это, — сказал я. — Он принадлежит Кларе.

— Нет, это не так, — сразу же сказал он, его пальцы скользнули по кожаному переплету, как будто он что-то читал на нем.

— Конечно, это так. — Я выхватил дневник у него, поставив свой пустой стакан на стол. — Он был с ее вещами.

— Он не ее, Орио, — сказал он серьезным тоном. — Открой.

Я нахмурился, моя челюсть сжалась, когда я открыл первую страницу, и мои легкие сжались от слов, которые я там прочитал.

Собственность Азриэля Ориона.