Проклятые судьбы (ЛП)

Она упала в яму, виноградные лозы опутали ее ровно на столько, чтобы я успел добраться до нее со всей своей скоростью.

К тому времени, как она стала вырываться из них, я уже был на ней.

Я навалился на нее всем своим весом, и мы рухнули в созданную мной яму, мои руки сомкнулись вокруг ее горла, когда грязь поднялась вокруг нас, погребая ее под собой.

Клара заливисто смеялась, а я сжимал ее сильнее, мои ладони пылали жаром, когда я использовал против нее свою огненную магию.

Тени скользнули по ее рукам, когда она потянулась и обхватила пальцами мои запястья, и я ахнул, когда их ледяная сила вызвала боль, пронзившую мое тело.

Я мгновенно отпустил ее, вскочив на край ямы, и с помощью магии земли зарыл ее под землю, вкладывая в атаку все больше и больше силы, пока она пыталась вырваться на свободу.

Я рычал, крепче удерживая свою силу, душил ее под землей и заставлял землю сжиматься и разжиматься, пока…

Клара вырвалась из грязи, дико гогоча, оседлав волну теней, и прыгнула прямо на меня, обнажив клыки.

Я отклонился в сторону, бросая огонь ей в лицо, но пламя было поглощено тенями, когда она направила их, защищая себя.

— Ты вырос в такого большого мальчика, Калеб, — хихикнула она, ожидая моего следующего шага, и я полностью проигнорировал ее. Это была не та девочка, с которой я играл, когда приходил к Дариусу в детстве. Кем бы она, блядь, ни была, это больше не Фейри.

Я метнулся вокруг ямы, но щупальце ее темной магии поймало мою лодыжку и сбило меня с ног, прежде чем я смог выбраться из нее.

Мой подбородок врезался в землю, и я почувствовал вкус крови, когда клыки разрезали мой язык.

Клара оказалась на мне прежде, чем я успел перевернуться.

Накидка из черных теней обвилась вокруг ее тела, когда она опустилась на мои бедра, тени нависли вокруг, направив их на меня. Ее ледяные руки прижались к моей груди, и я задохнулся, когда тьма, которой она владела, влилась в меня, охотясь за моим сердцем со смертельной точностью.

Везде, куда прикасались тени, оживала агония, и в моем черепе эхом отдавались воспоминания обо всех худших вещах, которые я когда-либо совершал.

— Ты выглядишь аппетитно, Калеб, — простонала Клара, облизывая клыки, пока ее взгляд блуждал по моему горлу.

Я дождался, когда она наклонится, и молниеносным движением поймал ее челюсть своей рукой. Моя кожа горела от магии огня, а она застонала от боли, когда я с увеличиной силой выкручивал ей челюсть, пока не услышал треск.

Мой второй кулак врезался в ее бок тем же движением, и я вздохнул с облегчением, когда она была отброшена от меня, забрав с собой свои ебучие тени.

Я вскочил на ноги с рычанием, окутал свои руки огнем и заставил землю дрожать под ней, когда она снова поднималась на ноги.