Проклятые судьбы (ЛП)

К черту твою ложь о том, что ты использовал свое время, чтобы править вместе с другими Наследниками, чтобы сделать Солярию великим королевством, и к черту тебя за то, что ты был слишком труслив, чтобы просто сказать Тори Вега, что ты к ней чувствуешь, пока не стало слишком поздно, черт возьми!

Я резко развернулась, огонь вспыхнул вокруг моих кулаков, прежде чем я швырнул его в него с криком ярости. Тени зашевелились у меня под кожей, но я проигнорировал их, оставляя огонь. Я не хочу оцепенения Пятого Элемента, я хочу сгореть.

Огненный шар врезался в щит Лэнса и осветил его волной багрового пламени, прежде чем погаснуть, оставив меня жаждать большего.

— Лучше, — сказал Лэнс, голодная улыбка осветила его черты. — Теперь используй это желание сражаться с пользой. И используй это, чтобы исправить это дерьмо между тобой и Тори.

— Как, черт возьми, я должен это сделать? — потребовал я. — Ты видел, как она смотрит на меня. Она ненавидит меня.

— Ненависть чаще всего танцует на тонкой грани с любовью. Исправь это, Дариус. Тогда, если я действительно смогу найти способ дать вам еще один шанс на судьбу, вы оба будете готовы сделать другой выбор.

 — Он шагнул ко мне, оттолкнув меня в сторону, когда я пошатнулся от его слов.

К тому времени, как я повернулся, чтобы крикнуть ему вслед, он уже ушел. Я остался один в темноте, и только мои собственные демоны составляли мне компанию.

Две недели — это долгий срок в одних отношениях и короткий срок в других. По-видимому, этого было достаточно, чтобы большинство людей перестали активно пялиться на мои глаза и их новые модные черные кольца. Большинство людей, но не все. Но это было только начало. Кроме того, этого времени было достаточно, чтобы Джеральдина могла поговорить со мной, не рыдая спонтанными слезами каждые пять минут.

Теперь время увеличилось до пятнадцати.

Зато этого было достаточно, чтобы люди перестали шептаться, и теперь стали просто грубо расспрашивать подробности.

Этого было достаточно, чтобы я перестала плакать, засыпая, хотя все равно просыпалась со слезами на щеках.

И, по-видимому, этого времени было достаточно, чтобы Дариус смог запланировать интервью и фотосессию с прессой.

Я сидела в Сфере и завтракала в одиночестве, благодаря тому, что моя пробежка заняла больше времени, чем обычно, и я пропустила собрание Клуба Ослов.

Мой взгляд скользнул по двум глянцевым фотографиям, с которых начиналась статья под названием «Дариус Акрукс на службе, жертва и его единственная настоящая любовь». На одном из них крупным планом был запечатлен Дариус, дымящийся перед камерой, без рубашки, с выставленными напоказ татуировками и двумя темными, черными кольцами вокруг его карих радужек. Он выглядел чертовски сексуально, что было своего рода особой пыткой.