Путь ярости

К чему эти разговоры, достопочтенный сэр? Нам никогда не понять друг друга, мы слеплены из разного теста. Вы же не планируете сегодня исповедоваться или замаливать грехи? Делайте, что считаете нужным. – Священник прекрасно понимал, что должно произойти через несколько минут, и готов был это принять с христианским смирением.

– Мог бы с вами поспорить, святой отец, – ухмыльнулся Хардинг. – И даже опрокинуть чарку-другую в приятном теологическом споре. Но мы действительно собрались не для этого.

Шестой ополченец угрюмо смотрел ему в глаза. Рослый плечистый парень лет двадцати пяти, с выразительным скуластым лицом и короткой стрижкой.

Неплохой, видимо, боец, – мысленно отметил Хардинг.

– Хэллоу, молодой человек, – сказал он.

– Да пошел ты, – сказал ополченец и сунул Хардингу под нос сжатый кулак, из которого со щелчком выстрелил средний палец. Экспрессии оказалось мало – парень ударил ладонью левой руки по сгибу локтя правой, и этот жест вышел даже более доходчивым. Хардинг поджал губы – никакого воспитания у этих варваров.

– Александр Голубев, Санкт-Петербург, сержант ВДВ в запасе, – процедил ополченец.

– ВДВ… – наморщил лоб Хардинг, пытаясь вспомнить слово, которое он уже где-то слышал. – Что такое ВДВ?

– Воздушно-десантные войска, дубина ты некультурная. – Десантник оскалился. – Российская Федерация, слышал о такой?

– Российская Педерация… – ухмыльнулся Паскевич и отвернулся.

– Вот, пожалуйста, – обрадовался Масловский. – Вот вам и российская армия, господа. Явно контрактник, состоит на действительной службе и рядится под обычного так называемого ополченца.

– Теперь я спокоен, – ухмыльнулся Джерри.

Представитель «варварского» народа вполне понимал английскую речь. Он презрительно скривился, расправил плечи.

– Уволен из вооруженных сил четыре года назад. Работал тренером рукопашного боя в Выборге. Восемь месяцев бью на Донбассе фашистского гада и буду бить, пока рука не отсохнет… – Десантник оскалился, демонстрируя покрытые налетом зубы, когда «собеседник», от греха подальше, отошел назад. Насторожились охранники, подняли автоматы.

– А вы кто такие, мать вашу? – спросил десантник.

Хардинг сухо засмеялся. Этот тип еще что-то требует.

Впрочем, почему бы не выполнить последнюю просьбу молодого человека. Даже забавно. За свою долгую жизнь Генри Хардинг ликвидировал не одну сотню людей. Кого там только не было. Африканцы, индусы, китайцы, европейцы. Был даже вождь одного из диких племен Папуа-Новая Гвинея и представитель австралоидной расы в Аделаиде, некстати вспомнивший о своих правах на огромный кусок живописного побережья в Хартвилле. Были даже русские среди этих достойных людей – несговорчивые коммерсанты, члены мафии.